Криминальный симбиоз

Я бы сам такую бабу себе в отдел взял.

— Что сильно хороша собой!? — спросил Селезнев.

— Не то слово! Это настоящая Никита! Это богиня любви и коварства…

— Понимаешь Тимофеевич, по твоим описаниям это знаменитая Сонька. Она как раз встречалась с Валентином Санниковым, который был опером. Возможно, что Санников и есть тот третий, который не был установлен следствием, — ответил Иван. — Я завтра прокачусь в Смоленск, есть у меня кое какие соображения, — сказал Селезнев, вспомнив о разговоре со Скорошевской.

— Как нароешь — так сразу звони, — сказал Тимофеев и выключил телефон.

Сонька «Винтовка», попалась при досмотре замка Мейера. Второй день ее задержания не выявили ее причастность к смерти Котовского. Опера перерыли весь дом банкира, но найти СИМ карту с телефона Винтовской, да так и не смогли. После ужина, Сонька, удалившись в туалет, смыла в унитаз, остатки сожженной СИМ карты, как учил ее Циклоп. Адвокаты банкира так же не давали спокойно вести следствие, указывая на любые нарушение закона. Сонька, как бывалая в таких передрягах воровка твердо стояла на своем.

Она не отрицала знакомств ни с покойным Сэмом, ни с Котовским, чем еще больше удивляла дознавателей.

Иван, вспомнив о звонке Скорошевской, тут же позвонил ей. Не стоило откладывать нужные для москвичей нити следствия, которые могли быть вплетены в узор уголовного дела.

— Алло, Елена Васильевна! Это вас, Селезнев из Холмогорска беспокоит. Вы, мне на днях не договорили насчет Валентина Санникова. Хотелось бы слышать ваше конкретное резюме по данному вопросу, — сказал Иван, стряхивая пепел в пепельницу.

— Иван Васильевич, что я могу вам сказать новое. Ну, видела я Санникова с начальником паспортного стола. Санников вел дело, когда его сын был замешан с маковой соломкой. Возможно тот проходил по делу, а возможно просто был свидетелем. Не было доказательств его причастности к наркоманам. Пришлось парня тогда освободить.

— Так может это старые счеты? — спросил Иван.

— Я не знаю старые это счеты или нет, но сам факт их встречи, как раз наводит на эту мысль, — сказала Скорошевская.

 — Сильно уж полюбовно они прощались. Приезжайте сами в Смоленск и допросите паспортиста. Может, он прольет свет на эту встречу. Я думаю, майор не захочет связываться с делом, где уже три трупа.

— Четыре, — ответил Селезнев, выключив телефон. — Уже четыре….

После разговора с подполковником Скорошевской, Селезнев, приободрился. Это был какой-то шанс хоть небольшой, но все же шанс, найти конец этого запутанного клубка.