Однако также он понимает важность нахождения сына с вами…
— А еще пусть вспомнит о задолженностях на алименты! — просипела я.
— Мы помним, — все так же ласково проворковал Зубков. — Поэтому в досудебном соглашении хотели бы оговорить такие условия, как ваш отказ от выплат, а также передачу суммы в размере…
— Что? — вскрикнула я, не веря, что слышу подобное от адвоката. То бишь он в курсе шантажа?
— Ну, вы же понимаете, что у вашего мужа нет денег на оплату моих услуг, однако очень хорошие друзья Виктора, которым он должен немного денег, попросили меня оказать ему помощь фактически безвозмездно…
Пришлось стиснуть зубы и соображать.
Адвокат в доле, а меня пытаются взять на дурочку. Ну уж нет. В последние дни моя жизнь сильно изменилась, чтобы я позволила так просто вытереть о себя ноги."
"— В таком случае сбросьте мне ваши контакты эсэмэской, — спокойно произнесла я. — И с вами будет общаться уже мой адвокат. Вероятно, он будет более компетентен в разговоре с коллегой.
Говорила я уверенно, тем более что прекрасно помнила о сумме на зарплатной карточке, которую вручил Артем на нашем первом свидании.
Этих денег хватит на найти специалиста, по крайней мере, на первое время.
Правда и закон на моей стороне, и Виктор не мог этого не понимать, а значит, либо отзовет иск до суда, либо проиграет дело.
— Хорошо, Кристина Валерьевна. Я вас услышал. — Голос Зубкова даже не дрогнул. — Всего доброго, буду рад пообщаться с вашим адвокатом.
Он сам отбил звонок, а я еще несколько минут после этого сидела на стуле и бессмысленно пялилась в экран.
Очнулась лишь тогда, когда на телефон действительно пришла СМС с контактами Зубкова.
— Вот за что мне все это? — прошептала себе под нос, ощущая, как бешено колотится в груди сердце.
Я хоть и старалась держаться молодцом, но тело не обманешь. Страх уже родился, адреналин выбросило в кровь, и даже затошнило вдобавок.
Это все чертовы нервы.
Чтобы хоть как-то успокоиться, я пошла в ванную, там включила воду в раковине, умылась, выпила несколько глотков холодной воды, посмотрела на себя в зеркало.
И вроде бы немного отпустило.
Из отражения на меня смотрела расцветшая за последние дни женщина, накрашенная, в любимом платье. Я даже стала делать себе красивые прически каждое утро, в общем — жила и чувствовала себя прекрасно, и я не могла позволить бывшему все испортить. Впрочем, Артема, благодаря которому я вновь почувствовала себя человеком, тоже впутывать не собиралась.
