Купила свечи, поставила за упокой умершим, за здравие живущим, попросила прощения за грехи, которые наверняка у меня нашлись.
Правда, в очередь к иконе святой Матушки стоять не стала, слишком много людей ждали возможности подойти к ней, им наверняка было нужнее. Я лишь постояла вдалеке и попросила, чтобы все обошлось, а после пошла к выходу.
Долго брела до метро, и уже перед самым спуском в подземку меня потревожил звонок.
Взглянув на экран, я с удивлением прочитала номер адвоката.
— Слушаю, — ответила я.
— Кристина Валерьевна? — прозвучало с той стороны.
— Да.
— Я тут подумал над вашим делом и решил, что не могу пройти мимо. У меня у самого семья и дети, и, наверное, я неправильный адвокат, если решился взяться за дело без должной оплаты.
— Вы сейчас серьезно? — не поверила я.
— Абсолютно. Вы сказали, что у вас есть шестьдесят, согласен на сорок, потому что последнее забрать тоже не могу, — бодро выдал Симонов. — Так что везите сюда ваши документы по делу, пока я не передумал.
— Да-да, хорошо, — не веря в свое счастье, произнесла я.
— Буду через десять минут, ждите.
Я бросила трубку и бегом помчалась к зданию конторы. Все же есть Бог на свете, вот оно, настоящее чудо.
Адвокат, решивший работать почти забесплатно. Кому скажу — не поверят.
Глава 20
Артем
Она меня обманула.
Сказала, что хочет поехать за покупками, отпустила Сергея… И направилась к адвокату.
Я чувствовал себя идиотом, сидя в тачке и лично наблюдая, как Кристина входит в здание. Мне хотелось верить ей, но расчетливая часть меня не давала покоя.
Моя женщина сказала, что у нее все хорошо, но, получается, солгала. Вопрос, в чем именно заключаются ее проблемы? Не в том ли, как развести меня на деньги?"
"Я шел за Кристиной, довел ее до кабинета некоего Симонова Игоря Павловича, дождался, пока она выйдет, и собирался выяснить все на месте. Но… она прошла мимо меня, даже не заметив. Лицо, полное пустого безразличия, в глазах застыл страх пополам с тоской.
Проводив ее взглядом, я толкнул дверь и вошел к адвокату без стука.
— В чем дело? — сразу напрягся мужчина.
В кабинете он был один, из чего я заключил, что “ИП Симонов” — это он и есть.
— Только что от вас вышла женщина, — сказал я, усаживаясь на удобное кожаное кресло напротив Игоря Павловича. — Что она хотела?
— А вы?..
— Я — тот, кто хочет знать, — припечатал, холодно разглядывая адвоката.
— Ее бывший муж? — осторожно уточнил мужчина.
Я покачал головой.
— Боюсь, я не имею права… — начал Симонов.
