Кто-то нашел, спалил музей для заметания следов, поднял пиастры…
Кацуба его не перебивал, но и не улыбнулся — смотрел серьезно, задумчиво.
— Версия неплоха, — сказал он наконец. — Вот только есть одно обстоятельство, которое ее напрочь перечеркивает. Будь на «Вере» какой-то клад, те, кто его извлек, преспокойно смылись бы с добычей. А ведь история не кончилась со смертью водолазов, она, точно тебе скажу, продолжается. Нет, не клад…
— Слушай, где ты Васю раздобыл? — спросил Мазур. — Ведь насквозь штатский, я уж боялся, что его удар хватит при виде трупа.
— Ну не было ничего другого, — грустно сказал Кацуба. — Такие, как ты, обормоты — товар дефицитный. Хороший Вася мужик, мастер спорта, аквалангист классный — но всего в нем военного, что капитан запаса. Все понимаю, да что делать, работай с тем, что есть. Трупов там, внизу, вроде бы больше не ожидается. А «Веру» надо обследовать тщательно. Что ты ухмыляешься? Не верю я в клад, ты и сам не веришь, а?
— Не верю, — признал Мазур.
— То-то. Клада нет, а тайна есть. Зачем-то же на «Веру» полезли с газосваркой? С опытными водолазами, надо полагать. Задачка не для дилетанта. Эх, языка бы мне…
— Знаешь, в чем загвоздка? — спросил Мазур. — Под водой взять языка в сто раз труднее, чем на суше. Особенно если ты один. Ежели что, на Васю у меня никакой надежды…
— А ты что, ждешь под водой нападения? — прищурился Кацуба.
— Ты ждешь.
— Да нет, — признался Кацуба с тяжким вздохом. — Конечно, и суденышко какое-то странное на горизонте маячит, не давая себя рассмотреть, — сегодня опять, кстати, маячило, — и меры оповещения разработали, но… Нельзя сказать, что я жду нападения под водой.
Я просто жду чего угодно.
Глава четырнадцатая
Мытьем и катаньем
Гости заявились ближе к вечеру, когда Мазур с Кацубой бездарно убивали время, совершенно не представляя, чем себя занять, — Мазур вполглаза смотрел по телевизору «Человека-амфибию» (из-за жуткого качества изображения скорее уж подходило название «Странник в пургу»), а Кацуба валялся в кресле, с теми же загадочными гримасами и хмыканьем перелистывая записки полковника Фосетта, всю сознательную жизнь искавшего в Южной Америке загадочные города исчезнувших цивилизаций, да так и не вернувшегося однажды из очередного вояжа.
— Ихтиандр, я тебе пожрать принес… — громко вспомнил Кацуба концовку старого анекдота, отложив книгу.
— Не опошляй, очкастый, — лениво отмахнулся Мазур.
