И не может ничего придумать с маху — не просчитывал такого варианта, не сделал заготовок, приходится импровизировать…
Его рука дернулась к карману, остановилась на полпути, он шагнул к двери. Остановился.
— Философский вопрос, — лениво протянул Кацуба. — Куда можно сбежать, находясь на корабле? Если до берега километров двадцать, а весь экипаж готов пуститься в погоню? Гоша, не выпендривайся, грустно смотреть. Пушечку на стол, сам — за стол, начинай исповедоваться…
— Извините, что без разрешения, но мне…
Кацуба крутнулся на месте — но опоздал, как и дернувшийся было Мазур.
Котельников уже захлопывал ногой дверь, в которую так некстати ввалилась Даша Шевчук. Спиной вперед отскочил к стене, держа Дашу перед собой, выкрутив ей кисть, уперев в висок дуло пистолета. С кривой улыбочкой бросил:
— А может, еще побрыкаемся? Ну-ка, подальше оба! Ты, руки со стола! И все трое — три шага назад!
Степан Ильич, не выпуская изо рта трубочки, медленно отвел руку от своего пистолета. Мазур, переглянувшись с Кацубой, отступил.
Хорошо еще, Даша не шелохнулась, замерла с каменным лицом, чуть побледнев.
— Я ведь ее хлопну, — сказал Котельников.
— Милый мой, — отозвался Кацуба не шевелясь. — А не упускаешь ли ты парочку важных аспектов? Во-первых, она мне не мать, не сестра и не любовница, и уж тем более — не из команды. Во-вторых, как только ты ее хлопнешь, моментально лишишься единственного козыря. В любом случае останешься со мной один на один. А это чревато, не находишь? Так что отпусти девочку, и пару крупных неприятностей я из списка вычеркну…
— А как насчет всех?
— Ну ты же сам понимаешь — отмену всех неприятностей я тебе гарантировать не могу…
— Тогда и разговора не получится.
Кацуба усмехнулся:
— Гоша, это ж не самолет, его в Турцию не угонишь… Как в анекдоте — куда ж ты, на хрен, денешься? Это даже и не «Куин Элизабет»…
— Ты тоже один немаловажный аспект упускаешь, — сообщил Котельников. — Эта рыжая — человек известный и заметный. Если вы вернетесь в город и привезете ее с пулей в башке, работать вам станет невозможно.
При любых вариантах. Все полетит к черту. Так что давай договариваться.
— Ну, и что ты предлагаешь? — невозмутимо спросил Кацуба."
"— Возьми карту со стола, Ильич, — распорядился напряженно замерший Котельников. — Только сначала вынь трубочку изо рта, да этой трубочкой пистолет на пол и сбрось… Так. Возьми карту. Сунь под нос рулевому. Ты, длинный, хорошо разбираешься в том, что видишь?
Рулевой поднял глаза на старпома, ожидая приказа.
