Первое, что бросилось в глаза, на обеденном столе поднос, а на нем — алое яблоко и пока еще пустая белая тарелка.
На моей обыкновенной кухне происходило настоящее чудо. Там хозяйничал мужчина! Черноволосый, здоровенный мужчина, которого я, кажется, не могу назвать незнакомцем, хоть ранее и не видела лица.
Я и сейчас его не видела — брюнет стоял ко мне спиной. И какая это была спина! Шикарная, рельефная. Ткань черной безрукавки натягивалась при каждом движении и, казалось, могла треснуть в любой момент.
Мускулистые руки на нереальной скорости резали овощи и зелень для салата. Мой небольшой кухонный нож в руках этого здоровяка хищно сверкал стальными боками, напоминая молнию.
На бицепсах и трицепсах в такт движениям извивались узоры из тьмы. Кромешник.
Последние сомнения исчезли: завтрак мне готовил Мэттхольд. Мой безликий спаситель, чье прошлое я видела во сне этой ночью.
Какие гармоничные у него движения... Смотрела бы вечно. Чистый восторг!
Затем произошло нечто, отчего у меня перехватило дыхание.
Греющийся у магплиты Барт встал и пошел... не ко мне. К кромешнику. Мазнув лбом по ноге мужчины, обвил ее хвостом.
Отвлекшись на мгновение, Мэттхольд угостил шмыря кусочком вареного мяса. Барт с величественным видом принял подношение.
Вот это да... Шмырь сторонился даже моего брата, не позволяя себя погладить, а тут сам подошел! И это точно не из-за еды — Барт успешно охотился в лесу каждый день, то есть не голодал.
Чем-то я выдала свое присутствие — кромешник застыл.
— Как спалось, Филиппа? — спросил тихо.
— Хорошо, — соврала я и добавила: — Доброе утро.
Внутри все обмерло.
Сейчас... сейчас он обернется, и я увижу его лицо!
— Доброе, Филиппа, — ответил гость и опустил нож на разделочную доску.
14 глава Завтрак с кромешником
Татуировки на коже мужчины словно сошли с ума: заплясали, собираясь в хаотичные узоры, налились силой — и превратились в струящуюся ткань! Тьма укутала кромешника с головы до пят, превращаясь в чернильно-черный плащ.
И только тогда Мэттхольд обернулся.
— Почти все готово. Жаль, что ты проснулась, я хотел принести завтрак в спальню.
Завтрак в постель? Как это мило! И нет, я так не считаю, это ирония!
Я же поверила, что сейчас увижу его лицо! А он взял и надел свой шмырев плащ!
Как же я зла!
Самое смешное, что это ведь из-за меня в гардеробе неженатых кромешников, приезжающих в Латорию, появились подобные вещи.
Раздражение вмиг улеглось.
