Значит, мне показалось?
О! Шмырь уже не сидел — спрыгнул и побежал в лес.
Как ни приглядывалась, больше ничего подозрительного не увидела.
Точно, это расшалилось воображение на почве болезни и легкого отравления медом.
***
В ветвях дуба недовольно каркала ворона.
— Спасибо, что показал, — поблагодарил Мэттхольд шмыря.
Тот боднул его в лодыжку и, отойдя в сторону, принялся следить за недовольной вороной. Жесткая, невкусная птица, а возмущается, будто кому-то интересна.
Кромешник опустился на одно колено, чтобы сподручнее было рассматривать след.
Отпечаток ноги и легкая дымка измененной тьмы.
Его личный враг был здесь недавно — разрыв на изумрудном ковре мха не успел подсохнуть.
Отступник наблюдал из леса за домом Филиппы.
Зачем? Только из-за артефакта? Хотел, чтобы Фил его вытащила?
Или дело во влечении, которое вызвала девушка?
Нужно понять, чтобы знать, как лучше ее защитить.
Телепорт открылся шагах в пяти, выпуская рыжего побратима.
— На Джета напали, — сообщил он сходу.
— Джет серьезно ранен? — поднимаясь с колена, спросил Мэттхольд.
— Больше пострадала его гордость — увлекся охотой на подходящую принцу девушку и подпустил нападающего к себе.
— Напал случайный маг, патруль или?..
— Или, — подтвердил нехорошее предположение рыжий. — Кто-то из наших тоже гуляет по ночам инкогнито.
— Привлекли внимание действия Джета.
— Нет. Думаю, это так называемый ночной король Вирекс. Поклонник твоей кошечки решил больше узнать о тебе, а значит, и о нас.
— Он не мог связать меня с Джетом.
— Почему? Он мог случайно увидеть нас всех вместе.
— Хорошо, я разберусь с ним поскорее.
— Для начала постарайся понять, что он такое. Он не похож на других ренегатов.
— Пробужденный?
Ярвуд пожал плечами.
— Пока все тихо, но принца надо перепрятать.
— Ты паникуешь.
— Пусть так, но лучше проявить бдительность. Ждем тебя.
Рыжий ушел телепортом.
Сформировав на ладони клочок тьмы, Мэттхольд вытянул его в полоску, с которой приблизился к шмырю.
— Барт, стереги хозяйку. И зови, если Вирекс опять объявится.
Тьма сомкнулась на шее нечисти черным ошейником и через мгновение стала невидимой.
Мэттхольд исчез в чернильно-черном вихре перехода."
"Из тени дуба соткалась темная фигура. С подчеркнутым безразличием шмырь принялся вылизывать лапу.
Статный мужчина в плаще, в последнее время так любимом кромешниками, подошел к Барту и осторожно опустил руку ему на голову.
— Спасибо, — шепнул едва слышно.
