— Вирекс вновь уставился на город. — Мне нравится столица Латории, хоть и пробыл я здесь немного. Я не собираюсь убивать невинных людей.
Я не сдержала вздох облегчения. Слава всем богам, что он не до конца безумен!
И все-таки осторожно уточнила:
— Что будете делать со шкатулкой?
— Молодец, хороший вопрос. Я оставлю ее здесь. В управление полиции уже отправлена анонимная записка, что на крыше башни находится опасная вещь, грозящая смертельной болезнью. Обиженная на мир девица решила с ним поквитаться.
Что?.
.
Я ведь ослышалась? Он не мог сказать подобный бред!
Вирекс положил шкатулку в проеме между зубцами.
Подойдя ко мне, он наклонился и, глядя в глаза, вкрадчиво заявил:
— Если пойдешь со мной, полиция обнаружит здесь одну шкатулку. Откажешься, и тебя найдут с этой вещью.
Я чуть расслабилась.
— Найдут — и что? Я-то не виновата. Я жертва похищения, оказавшаяся здесь не по своей, по вашей воле.
В голубых глазах преступника умиление: мол, наивная, глупая, смешная.
— Скажешь им, что это все я придумал? А ты сможешь хотя бы приблизительно описать меня? Вскоре ты забудешь, как я выгляжу.
— Стол, цветы, еда — все это ведь не я притащила!
— Неизвестная парочка провела романтическое свидание и не убрала за собой, — спокойно возразил Вирекс.
Я выдохнула, найдя выход.
— Менталист! Он посмотрит мои воспоминания.
Вирекс кивнул.
— Пусть не сразу в суете, но посмотрит, ты права. И ты докажешь свою невиновность, обязательно докажешь, Фил, но не в первый день. И газеты.
..
Мне стало дурно.
— Что газеты?
— Им тоже направлены анонимки. Вместе с полицией здесь будут журналисты. Лорд Кимстар не сможет тебя отпустить домой, придется посидеть за решеткой. Бедная Филиппа, твое имя в клочья растреплют журналисты, а клиенты... Хм, будут ли они после всей этой истории?
Он прав. Шмырь, как же он прав! Артефакторика — это вся моя жизнь. Как я буду работать, если журналисты навесят клеймо отравительницы всего города?
У меня закружилась голова. Какой-то дурной сон, и я не могу проснуться.
Почему он так со мной?
— Пожалуйста, не надо!
Вирекс с деланным сожалением развел руками.
— Прости, ты нужна мне. Можешь пойти со мной — и ничего дурного не случится. Твоя репутация не пострадает.
Он загнал меня в угол. Хорошее же свидание! На всю жизнь запомню!
— Филиппа, ты слышишь меня?
Вирекс обеспокоенно пощелкал пальцами у меня перед глазами, привлекая внимание.
— Так ты идешь со мной? Время еще есть. Минут тридцать.
