КроШа. Книга первая

Хотела Лера сказочную ночь с любимым человеком? Чтобы всё было по-настоящему, серьезно? Получила. Сказочную – потому что находилась в сумасшедше дорогих апартаментах, и не суть, что они располагались в самолете. По-настоящему, серьезно – да тут не до шуток. Вон, какой тебе «любимый человек» достался. Глаза на пол-лица. Черные. Пронизывающие насквозь.

Лера краем сознания понимала, что находится на грани истерики. Малейшее колебание в сознании, и она разрыдается прямо у двери. Пришлось закрыть глаза и часто-часто задышать.

Черт побери, Бекетова, ты сильная. Ты очень сильная.

Других вариантов у неё не было.

Не было у неё права раскисать. Опускать руки. Не было…

Облизнув губы, Лера поморщилась. Периодически к горлу подкатывал рвотный спазм, и хотелось его чем-то запить.

Да, вода – она сейчас будет как нельзя кстати.

Но кто бы знал, как не хотелось открывать глаза. Возвращаться в действительность, где её ждала лишь одна неизвестность.

Вот это её как раз устраивало. Знакомиться с Сардыновым ближе она не собиралась.

Сглотнув, Лера открыла глаза. На этот раз интерьер комнаты – а это была спальня – её не волновал. Лишь краем глаза отметила, что всё выполнено в серебристых и фиолетовых тонах. На стенах роспись, похожая на арабскую или византийскую вязь.

Заметив на стеклянном столике кувшин с водой, Лера устремилась к нему. Вынула пробку и дрожащими руками наполнила стоящий рядом высокий тонкий стакан водой. После чего, не закрыв кувшина, принялась жадно пить.

Прочь… прочь ЭТОТ привкус… Прочь…

Несколько капель стекло по подбородку, и Лера размазала их тыльной стороной ладони.

Ждать, когда к ней присоединится Сардынов, и они продолжат? Или что?

Лера даже не могла дать точную характеристику своего восприятия Сардынова. Знала лишь одно. Нет, чувствовала. Той самой треклятой интуицией, что в современном мире не бралась в расчет.

Сардынов – не тот человек, который будет шутить. У него всё серьезно.

И это настораживало ещё сильнее.

Всё-таки, в виду молодого возраста, Лера больше общалась со своими ровесниками.

Они шутили, балагурили. Воспринимали жизнь, как праздник. Да и само студенчество подразумевало под собой пока что минимум ответственности, конечно, за исключением самой учебы. Им всем казалось, что у них ещё много времени впереди, они успеют нацепить на себя «серьезность».

Лере пришлось это сделать быстрее знакомых и сокурсников.

Поставив бокал на столик, Лера опустилась на небольшой диван из кожи стального цвета и обхватила себя руками.