Валерия, когда сталкивалась с таким откровенно разглядывающим, оценивающим взглядом, всегда иронично приподнимала бровь и задавала вопрос по типу: «Нравлюсь?» или «И как?» Кого-то смущало, кого-то подталкивало к более активным действиям. Но никого не оставлял безучастным.
Сардынову же она ничего не могла сказать.
Насмотревшись, он открыл минералку без газа и налил Лере в фужер.
— Не сидеть же тебе без всего, — усмехнулся он и протянул ей фужер.
Лера нагнулась, собираясь его принять, когда лежавший на столе пейджер, издал сигнал.
Лера от неожиданности даже вздрогнула. Ранее она не обратила внимания на гайджет.
Сардынов же, напротив, казалось, только и ждал этого сигнала. Потому что его глаза прищурились, а пальцы с такой силой сжали ножку фужера, что надломили её.
Лера испуганно вскрикнула и хотела встать, чтобы помочь убрать со стола и посмотреть не порезался ли Сардынов, но натолкнулась на такой холодный, пронизывающий насквозь, взгляд, что мгновенно замерла. Никогда ранее он на неё не смотрел столь уничтожающе.
— Сиди, где сидишь.
Лера точно онемела.
Мужчина спокойно нажал на кнопку приема.
— Да?
— Тимур Олегович, к вам гости, — донесся голос охранника.
— Меня нет.
— Он настаивает.
Сардынов закрыл глаза и откинулся на спинку кресла.
— Настаивает, говоришь…Ладно, впусти.
Лера с затаившим дыханием слушала разговор. Она поняли лишь одно — Сардынов ждал этого таинственного гостя. Ждал, хотя тот явно был незваным.
И когда Сардынов поднялся и направился к выходу, Лера протяжно выдохнула.
Сердце в груди сделало кульбит и протяжно заныло. Что делать ей? Следовать за «барином»? Но зачем… И к тому же, её вид в неглиже не располагал для встречи с незнакомцами. Ей вполне хватило танца живота перед друзьями или деловыми партнерами Сардынова.
Поэтому Лера решила остаться на лоджии. Посмотрев на разлитую минералку и на разбитый фужер, осколки которого попали в салат, поморщилась. Есть его теперь нельзя. Девушка привстала и накрыла салатницу салфеткой. Относить на кухню не стала.
Лера хотела откинуться на спинку и посидеть с закрытыми глазами, настраивая себя на непростой вечер в компании злого мужчины."
"Она бы так непременно и сделала. Но не учла одного — лоджия располагалась на фасадной стороне коттеджа. И Лера могла во всей красе лицезреть то, что происходило внизу, на тропинке, выложенной брусчаткой.
Когда она увидела Сардынова, самолично шедшего встречать гостя, снова нехорошее предчувствие забралось под кожу.
