На этом закончилось мое первое производственное совещание в деревне Лучково. Мужики даже выразили сдержанный оптимизм, что если выйдет по моей задумке, то в этом году еще можно успеть вырастить знаменитый лучковский лук, мол он тут растет как на дрожжах… мол в прежние времена его тут снимали по шесть урожаев за год. Только успевай снимать и заново засевать.
На следующее утро проснулся под звон молотков, бьющих по металлу. Потянулся на взбитой перине и вызвал из интерфейса часы. Шесть утра! Ну да, я ж в деревню приехал.
Здесь позднее утро.
Окунек видимо ждал за дверью. Как только услышал, как я встал, заходил, забрякал умывальником, он тут же стал стучать в дверь. Ладно хоть не вбегает бесцеремонно, как Анюта. Хотя… по своим уже соскучился, в том числе и Анютиной бесцеремонности.
— Входите.
Мишка тут же ввалился внутрь. На нем новая рубаха. Он важен и горд собой, как черт знает что.
— Барин, я тебе оладьи принес… и земляничное варенье.
— Отлично, сейчас будем завтракать.
Пока я умывался, одевался, Окунек разложил безумно пахнущие оладьи на столе.
— Еще кисель, барин, он густоватый. Разводить будем?
— Не, сойдет.
Мы сели за стол.
— Кто там с утра молотками бухает?
Я и сам давно догадался, но вижу, Окуньку не терпится мне рассказать.
— Папка с дядь Борем кузов снимают, — выпалил он с гордостью за родителя.
— Молодцы… сейчас доедим, сходим, посмотрим.
После завтрака заглянули вместе с Окуньком в гараж. Я уже смирился, что Окунек назначил себя моим неизменным проводником, секретарем и помощником в одном лице.
Пусть сопровождает, плохого в этом нет. Помимо Окуня старшего и Бори тракториста в гараже обнаружились еще двое деревенских мужиков. Ну, я только рад. В четыре пары рук дело быстрей пойдет.
Задача поставлена, исполнители трезвы и деятельны. Не вижу смысла болтаться в гараже и стоять у них над душой. Лучше меня знают, что делать нужно. Автовладельцем я недолго пробыл. Выхожу в пеший обход деревни в сопровождении личного, хотя и сопливого ординарца.
— Барин, мы куда теперя?
Мне нравится это «мы». С детской непосредственностью ничего не поделаешь.
— Пройдемся по деревне. Я ведь еще не всю посмотрел.
— И чего там смотреть? — приуныл Окунек, но от меня не отстал.
Все встречные со мной здороваются. Я тоже здороваюсь. Но не столько пытаюсь запомнить лица людей, сколько сканирую окрестности через радар. С прорывами Изнаночных тварей надо что-то решать.
