Каменные же руки — без локтей, но гнущиеся, с широченными ковшеобразными трехпалыми ладонями…
Но потом в глаза бросаются потеки густой темной слизи, вытекающей из щелей в каменной «коже» гиганта, видишь, как хлещет мертвая кровь на землю и понимаешь, что это громадный кусок мяса, облепленный камнями… и это немыслимое сочетание действовало!
— Там можно устроить обвал?! — крикнул я в пространство, зная, что меня услышат и дадут ответ.
— Здесь — нет! — тут же ответил подскочивший гном. — Слишком долго готовить! Слишком прочный камень!
— Проклятье…
— Подождем, пока он пройдет дальше, — предложил один из воинов, утирая со лба потеки грязного пота.
— Создатель Милостивый… а ежели молитвой остановить?
— Отче? — перенаправил я вопрос. — Молитва подействует? Или обряд какой-нибудь хитрый? На худой конец — огнем волшебным шибануть! Вы ведь и камни расплавить можете, верно?"
"— Этого Тарис и хочет! — рявкнул рассерженно седой старик. — В этом его цель — растратить наши силы! Лишить нас когтей и клыков! Поверь, Корис, — все только лишь началось! И сейчас надо беречь каждую крупицу силы! Будь то энергия магическая, аль силы внутренние, жизненные!
— Вот это вот, — мой палец указал на почти выпрямившуюся громаду великана, слепленного из мертвой плоти.
— Вот это вот не должно достигнуть поселения!
Санг! С-санг! С-санг!
Несколько стрел ударило по торсу защищенного камнем некроголема и отскочили, не причинив ни малейшего вреда. Прилетевший следом арбалетный болт угодил промеж камней, впившись в район нижней части «спины» нежити, и по ущелью раскатился очередной печальный вой.
Великан содрогнулся, несколько каменных плит, прикрывавших его торс, раздались в сторону и на землю полетел… ниргал! Шурд-ниргал, закованный в броню! Целехонький! Весь покрытый кровью, слизью и мясом, но целехонький! Упавший на землю ублюдок тут же подскочил, ухватился за ногу выпрямляющегося «хозяина», шустро взобрался, не обращая внимания на обрушившийся на него град стрел, и юркнул в свое «гнездо» внутри тела гигантской нежити…
— Вот это да, — потрясенно выдохнул я.
— Живая передвижная осадная башня…
— Не живая! — жестко поправили меня.
— Ага… тот последний арбалетный болт, что заставил тварь задергаться. Пошептали над ним?
— Братья монахи передали ему часть своей силы и произнесли молитву, — кивнул отец Флатис, направляя правую руку к противоположной стене ущелья.
