Вот почему я обратилась с этой просьбой об отпуске. Что Кирилл с такой готовностью одобрил.
Он, вероятно, пошлет кого-нибудь следить за мной.
Но это нормально. На этот раз я просто должна победить его в его собственной игре.
— Ты не должен везти меня в аэропорт — говорю я Кириллу, который лично ведет машину.
Он никогда этого не делает.
Его лицо непроницаемо, не то чтобы его можно было прочесть в большинстве дней, но оно окутано еще большей тайной с тех пор, как я объявила, что мне нужен отпуск. Хотя он с готовностью согласился, его отношение изменилось.
Большую часть своего времени он выполнял внешние поручения и часто приказывал мне оставаться на страже дома для Карины. Мы не были одни в комнате, как он обычно делал, чтобы убедиться, что мы были в прошлом. А что касается его комнаты, то он использовал её только для того, чтобы принять душ и переодеться.
В результате секса не было целых три дня.
Чего не случалось уже несколько месяцев.
Кирилл никогда не проходил целого дня без того, чтобы не затащить меня в темный угол и не трахнуть до тех пор, пока мне не станет трудно стоять.
Так что недавнее изменение отношения поставило меня в тупик. Я не могла нормально ни спать, ни есть, думая о смысле, стоящем за всем этим.
Учитывая его натуру, Кирилл ничего не делает просто так. Каждый - это часть более грандиозного плана для него. Может быть, он действительно устал от меня и теперь бросает меня.
За исключением...
Если бы это было так, то зачем ему лично везти меня?
— Как ты узнал, что я улетаю? — Спрашиваю я, когда он не отвечает на мой предыдущий вопрос.
И снова никакого ответа."
"Мои руки сжимаются на коленях, и смесь темных чувств, обиды, боли и неудовлетворенности начинает трещать по швам.
— Если ты собираешься вести себя так тихо, ты мог бы, по крайней мере, позволить Максиму или Юрию присоединится.
Абсолютно ничего.
Я смотрю в окно, чтобы удержаться от излишних эмоций и, возможно, не сказать то, чего не следовало бы. К тому времени, как машина останавливается перед аэропортом, я готова избавиться от сумасшедшего напряжения, которое душило меня в течение последнего часа.
— Я ухожу — Я не смотрю на него, потому что это вызовет у меня желание обнять его или поцеловать, а у нас просто не такие отношения.
Сильная рука хватает меня за запястье, дергая назад, и я задыхаюсь, поворачиваясь к нему лицом.
Тень покрывает его лицо, и странное выражение, которого я никогда раньше не видела, появляется на его резких чертах.
