И терпит неудачу.
— Ты хоть знаешь, как этим пользоваться?"
"Я поднимаю голову на голос Нади. Я вела себя как ее неопытная ученица на кухне, и она мне это позволяла.
Несмотря на свою суровую внешность и безжалостные иглы, Надя - добрая женщина с природным талантом сиделки, что делает ее лучшим типом медсестры.
Я кладу нож и неловко улыбаюсь. Я знаю, как им пользоваться, но только в бою, а не на кухне.
Надя, одетая в яркий зеленый фартук, качает головой и берется за дело.
Мы живем у пожилой пары уже шесть дней.
Шторм закончился прошлой ночью, и сегодня Николай и Кирилл отправились на местный рынок, чтобы запастись продуктами.
Я тоже хотела выйти, но моя личная медсестра сказала мне, что это произойдет только через ее труп. Боль в моем плече значительно уменьшилась, и теперь я даже могу свободно двигать им но, если я делаю это слишком быстро, возникает боль.
Надя украдкой бросает на меня взгляд.
— Ты обычно не готовишь, не так ли?
Я беру другой нож и чищу картошку, подражая тому, что она делает.
— Не совсем.
— Тогда как же ты кормишь своего мужа?
У меня сжимается грудь, как бывает каждый раз, когда я вспоминаю о тех ролях, которые мы с Кириллом играем. Я пришла к пониманию, что невозможно привыкнуть к этому фальшивому браку. Иногда мне просто хочется выпалить, что на самом деле мы не пара.
Но опять же, я не хочу ранить их чувства после всего, что они для меня сделали. Как упоминал Кирилл, они традиционалисты с установленными ценностями, и у них могут возникнуть проблемы с принятием нас, если мы не «женаты».
— Мы просто проходим мимо, — отвечаю я с улыбкой.
— Так не пойдет — она нарезает морковь идеальными квадратиками и смотрит на меня. — Тебе нужно есть здоровую пищу, а не просто что-нибудь, чтобы утолить голод.
— Но я не умею готовить.
— Тогда научись этому. Это не так уж и сложно.
Легче сказать, чем сделать.
Кухня никогда не привлекала меня, и это не потому, что я была избалована своими родителями или из-за того, что я была диким сорванцом.
Хотя я действительно хочу учиться, чтобы перестать питаться только армейской едой.
— Не могли бы вы... научить меня? — спрашиваю я тихим голосом.
Надя вся сияет.
— Ну, конечно! Как ты думаешь, что я пыталась сделать все это время?
Я улыбаюсь в ответ, и она вздыхает, ностальгический взгляд прикрывает ее глаза.
— Давным-давно я тоже не умела хорошо готовить, но Николай был таким терпеливым. Он даже научил меня этому.
