Понимаешь? В очень тесном и маленьком шкафу, и, если мы туда с тобой залезем вдвоем… ну ты понимаешь. — Я добавил в голос хрипотцы. — Я бы хотел, чтобы при каждом неловком движении мои сильные волосатые руки касались твоих обнаженных бедер…
— Тьфу на тебя. — Не выдержала Варвара. — Ты что любовных романов начитался? Ну тех у которых на обложке одинаковые дебиловатые мужики с квадратными лицами? А может это… — Она резко сменила тему. — Ну ты сам подумай, шкаф маленький, я тоже маленькая, может быть мне в нем комфортнее будет чем тебе, а?
— Может быть.
— Согласился я. — И мы это обязательно проверим, если хочешь, но не сегодня. Сегодня дежурю я, ну а если у меня не выйдет, то завтра твоя смена. Согласна?
— Нет, но спорить с тобой ведь бессмысленно? — Я лишь хмыкнул в ответ. — Но тогда, пообещай, что обязательно расскажешь мне обо всем, когда домой вернёшься. Договорились.
— Обязательно. — С радостью и ехидством согласился я, ну а что, ее за язык никто не тянул, а то, что я явлюсь поведать ей свою историю среди ночи, это не моя вина, это она сама попросила.
До полуночи была еще уйм а времени и лезть раньше времени в шкаф мне не хотелось, поэтому мы занялись насущными делами, сначала мы попили чаю, потом поужинали, затем снова попили чаю, потом играли в нарды, причем выигрывал как ни странно чаще всего волк, и это при том, что я вообще не понимал, как он лапами бросает кубики, наверное в том и был его секрет, этот пушистый обжора наверняка как то мошенничал при броске.
В итоге, заметив, что пекарь начинает зевать, мы отправили его домой, Емеля с волком остались в смежном помещении, подсобке оборудованной для отдыха будущей ночной смены, я же, приняв снадобье отправился на дежурство в шкаф.
— Кто поможет всегда и бесплатно… — Напевал я навязчивую песенку, услышанную вчера от странной гостьи, интересно откуда она ее взяла.
— Кто разрулит дела аккуратно… Дима и волк… И Емеля. — С этими словами я закрыл дверцы шкафа стараясь сделать так, чтобы они не закрылись на защелку, и припал к щели между ними, рассматривая окутанный ночной тьмой цех, света фонаря, пробивавшегося через маленькие окна явно, не хватало, чтобы осветить помещение, а зажигать свет было нельзя, чтобы не спугнуть ночного вора.
