Так лучше сразу!»
– Хорошо, давайте так и сделаем.
* * *Когда Зотова вошла в палату, больная Глушко лежала под капельницей и дремала. Жидкости в банке осталось совсем немного, на самом донышке. «Можно снимать, – решила Зотова, – уже более чем достаточно. Если завтра заговорит о выписке – скатертью дорога».
– Как мы себя чувствуем? – ласково спросила Амалия Петровна.
– Спасибо, нормально, – ответила больная.
– Домой хотите?
– Естественно, хочу. У меня же трое детей. Скажите, а почему меня не перевели в общую палату?
Что-то не понравилось Зотовой в интонации этой Глушко.
Она даже не могла понять, что именно, но потом поняла: враждебность пропала. А это странно.
– А чем вас отдельная не устраивает? – спросила она, улыбнувшись.
– Да нет, все устраивает. Просто интересуюсь.
– Почему бы вам не полежать с комфортом, если у нас есть такая возможность, – снова улыбнулась Зотова.
Когда она вышла из палаты, ей навстречу попалась маленькая практиканточка Валя.
– Амалия Петровна, можно вас спросить?
– Конечно, детка, спрашивай.
– Что было в капельнице?
– Эргометрина малеат, препарат, стимулирующий послеродовое сокращение матки. Ты молодец, что интересуешься.
«А ведь с этой крошкой тоже придется что-то придумывать. Береженого Бог бережет», – грустно заметила про себя Зотова.
Глава семнадцатая"
"Вскрытие показало, что доктор Курочкин скончался от острой сердечной недостаточности. Никаких следов пребывания в квартире другого человека обнаружить не удалось…
В понедельник утром к Кротову в кабинет ввалился веселый Миша Сичкин.
Усевшись в кресло и закурив, он сообщил:
– Между прочим, вчера там совершено еще одно убийство, около одиннадцати утра, в том самом дворике, где убитый Бубенцов назначил встречу твоей Полянской.
Место там глухое и тихое. Два дома на капремонте, жильцов выселили, и рабочих не было – воскресенье! И в этом тихом месте, в куске бетонной трубы, найдена девушка с огнестрельным ранением в сердце. Но самое интересное, похожа эта девушка, знаешь, на кого? – Сичкин сделал эффектную паузу и торжественно произнес: – Убитая похожа на Полянскую Елену Николаевну! Не то чтобы очень, но рост, телосложение, волосы, в облике что-то такое… Только моложе на восемь лет.
Твоей Полянской ведь тридцать пять, а этой – двадцать семь. И убили ее из того самого ствола, что в ванной валялся. И прочее все как на подбор. Ворсинки свитера, который был на Бубенцове, обнаружены на куртке убитой. Куртка замшевая, все прилипает. Даже два его волоса есть.
