– Лучше подождите ее здесь. Она же обещала.
– Вы не знаете этого Арсюшу. Он начнет ей читать свои стихи, и придется ей слушать до позднего вечера.
– Почему? Я знаю Арсюшу. Я потому и волнуюсь, что это не он звонил. У него такой чистый низкий голос, у звонившего был совсем другой. И потом, Лена разговаривала как-то очень напряженно. Русского я не знаю, слов не понял, но интонация и выражение ее лица…
«Молодец старик!» – мысленно похвалила его Света и сказала как можно спокойней:
– Тем более лучше мне поехать.
– Но вы можете разминуться.
– Если она вернется раньше, вы меня просто подождете.
– Ох, не пойдем мы сегодня ни в какой ресторан, – вздохнул Стивен, провожая Свету до машины.
– Обязательно пойдем! – Света захлопнула дверцу и рванула по пустой улице с недозволенной скоростью.
У одного светофора она сняла шикарный пиджак, надела свитер и куртку. У другого – быстро наложила легкий макияж. У третьего – закурила, стараясь успокоиться.
«Ну, предположим, – думала она, – его взяли в заложники.
Он полез что-то выяснять и попался. Сам виноват, не младенец. Зачем было нестись по первому звонку? Они бы все равно его убили, Лена не могла не понимать этого. И все-таки помчалась спасать – чтобы и ее прикончили. Надо же было столько от них убегать, а потом ринуться прямо к ним в лапы! Она наплевала на себя, но ребенок… Теперь все…»
Света понимала, что едет напрасно. В Арсюшиной хибаре сейчас скорее всего лежат два трупа. Нет, три – маленький, так и не родившийся ребеночек в Ленином животе.
«Господи! – неожиданно для себя взмолилась Света. – Господи, дай ей шанс, последний, невозможный шанс, ей и ее ребенку!»
Еще издали Света увидела высокие клубы черного дыма. В переулке, у маленькой двухэтажной халупы, той самой, к которой она шла, стояло несколько пожарных и полицейских машин, фургон «скорой помощи».
Пламя уже погасили, но дым все еще ел глаза. Света увидела, как несут к машинам два трупа в черных пластиковых мешках.
В голове была пустота. Что теперь? Улетать домой? Да, улетать сегодня ночью.
Задание она выполнила. Правда, спасти объект не удалось, но Андрей Иванович только покачает головой и скажет: «Жалко, конечно, Елену Николаевну, но ты ничего не могла поделать».
И вдруг Света вспомнила о старике Стивене, который сидит сейчас один и ждет, и никогда не дождется. А возможно, так и не узнает, куда пропала дочь его друга. Наверняка никаких документов при трупах не обнаружат, а лица изуродованы до неузнаваемости.
