– Письма идут долго, – вздохнул Арсюша, – интересно, увидимся мы еще когда-нибудь?
– Как Бог даст…
Несколько минут они просидели, молча глядя друг на друга. Арсюша снял маленький эмалевый образок Казанской Божьей Матери, висевший у него на цепочке вместе с нательным крестиком, и протянул Свете.
– Спасибо, – она сжала образок в ладони.
Посадку объявили уже в третий раз. Подошла Лена.
– Все. Пора. – Арсюша поднялся и залпом допил ледяной «спрайт», оставшийся в стакане. Потом достал из сумки толстую потрепанную тетрадь в клеенчатой обложке и отдал Лене.
– Если сможешь, перепечатай что понравится и попробуй опубликовать в России.
Лена перелистала тетрадь, исписанную от корки до корки стихами. Почерк у Арсюши был крупный, острый, как галочьи следы на снегу.
– Хорошо. Сделаю, что смогу. Ты пиши мне.
…Уже пройдя полицейский контроль, на котором просвечивали багаж – нет ли бомбы, – но документов при этом не проверяли, Арсюша оглянулся и закричал на весь аэропорт своим хорошо поставленным баритоном по-русски:
– Полянская! Как родишь, сразу напиши! – и скрылся в небольшом табунке пассажиров, которых дежурная провожала к самолету.
* * *Колдун был заядлым бильярдистом. В последнее время было сложно выкроить часок-другой, чтобы доиграть. Но не хотелось терять форму, а потому он назначил себе два часа в неделю, которые проводил в бильярдной, несмотря ни на что. Именно там, в бильярдной на Пресне, его всегда можно было застать по четвергам с восьми до десяти.
Увидев Вейса, Колдун ничуть не удивился.
Он знал, Вейс будет искать встречи с ним лично, и даже примерно представлял себе содержание их разговора. Только не придумал еще, что ответить.
Впрочем, Колдун не любил загадывать наперед, предпочитал действовать по наитию – как карта ляжет.
Вейс выглядел неплохо для человека, находившегося в бегах. Он был давно не брит, но это его только красило, а черные джинсы и толстый белый свитер шли ему даже больше деловых костюмов, в которых он обычно ходил.
Быстро взвесив все «за» и «против», Колдун сообразил: он ничего не теряет, если согласится на предложение Вейса, а приобрести может многое.
Тем более Вейса теперь можно жрать с потрохами. Сам ведь приполз: мол, на, кушай меня на здоровье! И денег своих назад не просит, будто забыл.
– Где тебя искать? – быстро спросил он, не глядя Вейсу в глаза."
"– Сколько времени понадобится, чтобы выяснить, кто за мной пустил «хвосты»? – ответил тот вопросом на вопрос.
– Денечка два, не больше.
