— Я нашел в балансовых отчетах следы махинаций с налогами и казной герцогства Манкьери. Если я смогу найти неопровержимые доказательства, у герцога Аурелио будут большие проблемы.
Райга нахмурилась и с удивлением отметила, что эта новость вызвала глухую злость. Впрочем, после того, какую участь он уготовил своей племяннице, воровство было меньшим из прегрешений.
Магистр Лин взял из ее рук книгу и отложил в сторону. А затем многозначительно постучал пальцем по тарелке девушки.
— Ты должна съесть хоть что-то. Это не обсуждается.
Она со вздохом развернулась к столу и потянулась к ложке.
Ворот дома Эриги они достигли через три дня. В округе царили тишина и покой. По дороге им не встретилось никакой нежити. Когда тетя вышла ей навстречу, Райга почувствовала, как к горлу подкатил комок. Она медленно спешилась.
Магистр Лин перекинул поводья лошадей слугам и задумчиво посмотрел на свою ученицу. После обмена положенными приветствиями он заявил хозяйке дома:
— Пожалуй, мы пройдемся до ближайшего леса, устроим тренировку.
Лица юношей за его спиной вытянулись от изумления. А эльф добавил:
— Я думаю, вам и без нас будет о чем поговорить.
После этого он развернулся и ушел. Адепты молча последовали за ним.
Вернулись они уже затемно. Магистр Лин отправил учеников в дом, а сам остановился рядом с Эригой на террасе и спросил:
— Как она?
— Наплакалась. Спит, — вздохнула бывшая Пламенная. — За что ей все это, Щингин-хао? Ей всего семнадцать. Груз ответственности становится все больше."
"Она повернулась к эльфу и с тоской заглянула в его единственный глаз.
Тот невозмутимо ответил:
— Чем больше силы — тем больше ответственности. Пусть привыкает. В конце концов, она пришла в Алый замок за силой. И она ее получила. Хотя того, на что я рассчитывал, не произошло.
— Что ты имеешь ввиду? — Эрига склонила голову на бок, и перед глазами магистра тут же вспыхнуло воспоминание. Райга тогда, в бальном зале, делала точно также. Он отогнал картины недавнего прошлого и неторопливо сказал:
— Глаз Пламени — огромная сила.
Но это могущество не избавило ее от страха, который в ней живет.
— Тот, кто ставил Печать, все равно может управлять ей, — сразу поняла Эрига.
— Верно. И, вероятно, это тот, кто убил твою семью. Дайсу. Ее родителей.
Бывшая пламенная отвернулась и устремила взгляд в темноту сада.
— Знаешь, я всегда жалела, что не поехала на этот праздник. Что не умерла вместе с ними. Все эти годы я просто существовала. Доживала свой век. Ради Тогато.
