Кровавая кулиса

– Все равно сейчас узнает, – заявила комендант и бесцеремонно похлопала Деева по плечу. – Не переживайте, откроет, никуда не денется.

Дверь действительно открылась, и на пороге показалась девушка, изящная и миловидная, портила ее немного краснота вокруг глаз и нездоровый румянец.

– Преснова, ты что, гриппуешь? – гаркнула комендант при виде девушки. – Почему не сообщила на вахту? В санчасти была? И что ты, такая больная, натворить успела? Мыслимо ли дело, чтобы милиция к студентам в общежитие ходила!

– Простите, Виолетта Игоревна, я сегодня схожу в санчасть, – промямлила Елизавета.

– Товарищу милиционеру расскажешь, – усмехнулась Виолетта Игоревна. – Вот, принимай гостя.

Виолетта Игоревна прошла в комнату, жестом приглашая Деева следовать за ней. Деев остался в коридоре. Виолетта Игоревна вынуждена была вернуться к двери.

– Проходите, товарищ милиционер, – пригласила она. – Выясним, в чем провинилась гражданка Преснова.

– Благодарю за сотрудничество, Виолетта Игоревна, но дальше я сам, – заявил Деев и красноречиво посмотрел на коменданта.

– Что значит «сам»? – изумилась Виолетта Игоревна. – Преснова проживает на территории моего общежития, значит, я несу за нее моральную ответственность. Я должна знать, что привело в наши стены представителя власти!

– Узнаете в свое время, – произнес Деев. – В данный момент в вашей помощи я не нуждаюсь.

– Зато я нуждаюсь в объяснениях! – Виолетта Игоревна гневно двинула бровями.

– Не думаю, что вам нужны неприятности. Руководство института вряд ли одобрит ваше поведение, – мягко проговорил Деев. – Препятствие следствию и все такое…

Комендант с минуту смотрела прямо в глаза Дееву, решая для себя, насколько далеко она может зайти, не опасаясь последствий, но в конце концов уступила. Явно разочарованная тем, что не может присутствовать при беседе милиционера со студенткой, она вышла из комнаты и, не оглядываясь, пошла по коридору.

Капитан Урядов стоял в пятидесяти метрах от входа в мастерскую художника Гуляева и задумчиво смотрел на вывеску, прибитую к входной двери. Вывеска гласила: «Мастерская художника Гуляева, вход свободный». После того как Марианна Полянская выгнала неверного мужа, Гуляев так и не смог решить квартирный вопрос и переехал в собственную мастерскую, которую арендовал у частного лица. Почтальонша оказалась весьма ценным источником информации.