Кровавое эхо

Но адвокаты делают все очень медленно и стоят дорого, а у меня нет денег. Есть адвокаты, которые работают на общественных началах, но они всегда заняты. В общем, все ужасно, невероятно запутано.

– Похоже на то, – проговорил Ричер.

– Но за год многое можно сделать, – сказала она. – Год – это куча времени, верно?

– И что?

– Я хочу, чтобы вы простили меня за то, что я зря потратила первые полтора года. Хочу, чтобы вы поняли, почему так произошло. Это так сложно, и я постоянно откладывала решение своих проблем.

Я чувствовала себя в безопасности и говорила себе, что у меня еще полно времени. Вы же сами сказали, что двенадцать месяцев – это много. Значит, даже если я начну сейчас, меня можно простить, верно? Никто не скажет, что уже слишком поздно, правда?

Откуда-то из глубины приборной доски прозвучал деликатный сигнал, и тут же рядом со спидометром начал мигать оранжевый огонек в форме заправки.

– Бензин заканчивается, – сказала она.

– Впереди «Эксон», – сообщил ей Ричер. – Я видел рекламный щит.

Примерно в пятнадцати милях.

– Мне нужен «Мобил», – ответила она. – В бардачке карточка «Мобила». Заплатить на «Эксоне» я не смогу.

– У вас даже на бензин нет денег?

– Ничего. Сейчас я заправляюсь по карточке свекрови. Она получит счет от «Мобила» только через месяц.

Продолжая держать руль одной рукой, Кармен нашла на заднем сиденье свою сумочку, вытащила ее и бросила на колени Ричера.

– Проверьте, – сказала она.

Он сидел, не шевелясь и не дотрагиваясь до ее сумки.

– Я не могу рыться в женской сумочке, – проговорил он.

– Я хочу, чтобы вы это сделали, – сказала она. – Мне нужно, чтобы вы понимали."

"Ричер собрался с духом, раскрыл сумочку, и его тут же окутал мягкий аромат духов и косметики. Внутри лежала щетка для волос с несколькими длинными черными волосинками, щипчики для ногтей и тонкий бумажник.

– Посмотрите внутрь, – сказала Кармен.

В отделении для денег лежала потрепанная купюра в один доллар. И все. Один-единственный доллар.

Никаких кредитных карт. Водительские права, выданные в штате Техас, с фотографией, на которой у Кармен был испуганный вид, и в пластиковом окошке фотография маленькой девочки, пухленькой, с розовой гладкой кожей. Блестящие светлые волосы и яркие живые глаза. Сияющая улыбка, крошечные зубки.

– Элли, – сказала Кармен.

– Очень славная.

– Правда? Я тоже так думаю.

– Где вы провели прошлую ночь?

– В машине, – ответила она. – Номер в мотеле стоит сорок баксов.