Кровавое эхо

И ценю вашу реакцию. Но я не сумасшедшая и не хладнокровный убийца. Просто у меня было время, чтобы принять решение, а у вас – нет. Поверьте мне, другого пути нет.

– Как бы там ни было, я не стану убивать человека, которого никогда не видел.

– Он бьет меня, Ричер, – сказала она. – Очень сильно. Кулаками, ногами, причиняет мне боль. Ему это нравится. Он всегда смеется, когда избивает меня. А я живу в постоянном страхе.

– Обратитесь к копам.

– У нас только один коп, и он мне никогда не поверит. А если и поверит, не станет ничего делать.

Ричер молчал.

– Он возвращается домой, – продолжала Кармен. – Вы можете себе представить, что он со мной сделает?

Ричер продолжал молчать.

– Я в ловушке, Ричер. Из-за Элли. Вы понимаете это?

Ричер молчал.

– Почему вы не хотите мне помочь? Дело в деньгах? В том, что я не могу вам заплатить?

Ричер молчал.

– Я в отчаянии, – сказала она. – Вы мой единственный шанс. Я вас умоляю. Почему вы отказываетесь это сделать? Из-за того, что я мексиканка?

Ричер молчал.

– Все потому, что я грязная любительница фасоли, да? Вы бы не отказались, если бы вас попросила белая женщина вроде вашей подружки? Не сомневаюсь, что она белая. Наверное, блондинка?

– Да, она блондинка, – сказал Ричер.

– Если бы ее избивал какой-нибудь мужчина, вы бы его убили.

«Конечно убил бы», – подумал Ричер.

– А она сбежала без вас в Европу. Разве вы не хотели с ней поехать? Вы бы сделали это для нее, а мне отказываете.

– Это не то же самое, – в третий раз повторил Ричер.

– Я знаю, – проговорила она. – Потому что я грязь у вас под ногами. Я не стою ваших усилий.

Ричер молчал.

– Как ее зовут, вашу подружку? – спросила Кармен.

– Джоди, – ответил он.

– Хорошо, представьте, что в Европе Джоди попала в ситуацию, когда какой-то маньяк-садист избивает ее каждый день. Она вам об этом рассказала. Выложила все, что накопилось у нее в душе. Все, до мельчайших унизительных подробностей. Что бы вы стали делать?

«Убил бы его», – подумал Ричер.

Кармен кивнула, словно сумела прочитать его мысли.

– Но для меня вы не хотите этого сделать. Для белой женщины – пожалуйста, а для меня – нет.

Ричер открыл было рот, чтобы ей ответить, но вдруг понял, что для Джоди Гарбер он бы это сделал, а вот для Кармен Грир – нет. Почему? Потому что такие вещи делаются не хладнокровно, а в порыве охвативших тебя чувств, которые нельзя вызвать искусственно. Если ничего такого нет, то ничего и не будет.