Кровавый Рим. Книги 1-9

— Оставь, Минуций! Где ты возьмешь столько денег? — пьяным голосом вскричал Либон.

— Может быть, он обыграл в кости самого принцепса Эмилия Скавра, — предположил Сильван.

— Ну, так как же, Волкаций? Согласен ты или нет? — спросил Минуций, не обращая внимания на колкие реплики окружающих.

— Надеюсь, ты не забыл про те сорок тысяч сестерциев, которые должен мне вернуть в февральские календы? — после небольшой заминки в свою очередь спросил Волкаций.

— Можешь не беспокоиться. Если я сегодня получу девушку, то в феврале отдам тебе и плату за нее, и причитающийся с меня долг вместе с процентами.

— Я предпочел бы наперед получить задаток, — сухо сказал Волкаций.

Волкаций усмехнулся и некоторое время раздумывал.

— Хорошо, — наконец произнес он и, щелкнув пальцами, подозвал к себе домоправителя, который в продолжении трапезы неотлучно находился в триклинии.

— Весы, таблички, — отрывисто приказал он.

— Слушаюсь, господин, — сказал домоправитель, направляясь к двери.

— И Ювентину сюда! — крикнул ему вслед Волкаций.

Пока все это происходило, за столом царило молчание. Потом все разом заговорили.

Клодий чувствовал себя уязвленным.

— Вспомнишь мои слова, — с кривой улыбкой говорил он лежащему на соседнем ложе Тицинию, — этот легкомысленный молодой человек плохо кончит…

— Но если Минуций без денег, на что же он в таком случае рассчитывает? — спросил озадаченный Тициний.

— Вот и мне невдомек! — пожал плечами Либон.

— Какая хитрая бестия, этот Волкаций! — тихо говорил на ухо своему приятелю Дентикулу.

— Сам не пойму, какая муха его сегодня укусила, — пробурчал в ответ Дентикул.

В этот момент в дверях показалась Ювентина, немного запыхавшаяся и растерянная.

Вероятно, домоправитель уже сообщил ей о том, что произошло в триклинии, пока она отсутствовала, потому что девушка сразу отыскала глазами Минуция, который, невозмутимо покончив с большим куском жареной свинины и подозвав к себе одного из мальчиков, тщательно вытирал об его курчавую головку свои испачканные жиром пальцы.

— Ювентина! — обратился к ней Волкаций. — Подойди вон к тому господину и делай то, что он тебе скажет…

Рабыня повиновалась и, обойдя других пирующих, приблизилась к ложу, на котором возлежал Минуций.

— Сюда, сюда, моя красавица, — посмеиваясь, сказал тот.