Но, когда все же узнала ее, оказалась рада укрыть Адельхейд со спутниками – о состоявшемся перевороте она уже знала и была им глубоко возмущена."
"– Безобразие какое! – возмущалась она в доме, предварительно тщательно заперев за собой дверь, – их вытащили из тюрьмы, напоили, обогрели, снабдили кровом над головой! Денег даже дали! И что эти неблагодарные сделали? Ограбили и пленили своих спасителей! Засунули в какую-то вонючую камеру короля Перфундара, лучшего короля, что только был у гномов за все века существования нашего королевства! Ну, не считая, конечно, короля-основателя, Гренетрара! Неблагодарные животные!
Гостеприимная хозяйка выделила им обе комнаты на втором этаже и даже отказалась принимать какое-нибудь вознаграждение за помощь.
Такой сердечный прием успокоил Фандора, который, как истинный ассасин, везде на всякий случай подозревал предательство. Убедившись, что в доме портнихи Адельхейд и Ликвол в полной безопасности, он тут же ушел к таверне, надеясь найти как Слейвика, так и остальных товарищей, что еще могут быть на свободе.
Удача ему улыбнулась почти сразу же – еще подходя к таверне, он натолкнулся на в дупель пьяного дрессировщика, неверными шагами пытавшегося добраться до своего номера. Камлэйт, естественно, ничего не знал ни о каком перевороте, и, что еще более прискорбно, не оказался в состоянии понять, о чем ему говорит Фандор, пытаясь отвести под локоток от таверны. Он даже попытался устроить шум, недовольный, что ему мешают пройти к его уютному номеру, и ассасину пришлось несильно, но внушительно его огреть по голове, чтобы пресечь сопротивление.
Обмякший и напуганный дрессировщик позволил отвести себя к портнихе. Сдав Камлэйта Ликволу и Адельхейд, при этом строго наказав следить за тем, чтобы он снова не рванул к таверне, ассасин направился обратно. При этом размышлял по дороге, можно ли считать то, что он наткнулся на дрессировщика раньше солдат короля-узурпатора удачей – Камлэйт в последние недели был практически бесполезен.
Какую-то пользу из него еще умудрялись извлекать черти, заставляя работать под страхом смерти в своих лагерях для заключённых, но в Бантосе, когда его, освободив, обеспечили дармовым жильем и столом, Камлэйт совсем размяк и расклеился.
За следующий час Слейвика он так и не нашел, но наткнулся на одного из своих новых товарищей, Эйнгрида, тот совершенно свободно шагал по улице, будучи в полном вооружении.
