— А почему бы вам не пройти горами?
— А кто ты такой, что задаешь этот вопрос? Если на тебе полицейская форма — это не значит, что ты вправе разговаривать так с человеком, который старше тебя!
«Полицейский» слегка смутился. В этот момент рядом с Анваром-эфенди встал еще один человек, по виду лет сорока.
— Маршалла ду шуга![49]
— Нохчо ву?![50] — изумился чеченец-«полицейский».
— Со паштун ву![51] — гордо ответил второй.
Из разговора выяснилось, что второй пуштун, по имени Аслан, еще в детстве решил встать на путь Джихада и поэтому приехал в Чечню и учился в одном из лагерей в Веденском районе Ичкерии.
Потом, когда напали русисты, он воевал с русистами в бандформировании Черного Араба[52], потом, когда Черный Араб принял шахаду, инш’алла, он через Грузию вернулся домой и встал на Джихад с американцами.
— Что вы здесь делаете, в то время когда братья сражаются на пути Джихада и умирают во славу Аллаха?! — жестко спросил самый старший среди пуштунов.
— Амир приказал стоять нам здесь, потому что, по милости Аллаха, нашим братьям по ту сторону границы удалось сбить американский самолет, и летчики могут выйти сюда.
Мы должны перекрыть это ущелье, летчик подумает, что мы полицейские, подойдет к нам, попросит помощи и попадет в плен.
Старший, с проседью в бороде, хмурится, перебрасывается парой слов со вторым пуштуном, который знает чеченский и стоит рядом, держа автомат так, что вскинуть его и полоснуть очередью — секундное дело.
— Ты можешь возвращаться к своим братьям и принять участие в Джихаде во имя Аллаха, — изрекает старший пуштун, — этого летчика уже нашли и пленили мы!
Теперь чеченец не знает, что ответить.
Потом все же начинает:
— Амир Асадулло приказал нам не возвращаться без пленных летчиков.
— Это твой амир, а не мой! — жестко отвечает старший пуштун. — Это наша добыча, и, клянусь Аллахом, мы переправим его через границу и продадим тем, кто даст нам больше денег за него…
— Но амир…
— Уж не хочешь ли ты отнять у меня мою добычу, молодой сорбоз? — с усмешкой в бороду спрашивает старший пуштун.
Чеченец бросает взгляд назад — и видит, что пуштуны уже рассредоточились и залегли. Два пулемета и одна снайперская винтовка, не считая автоматов, нацелены на его полицейскую машину. Покрошат в секунду…
— Но что я должен сказать своему амиру, Анвар-эфенди? — наконец спрашивает чеченец, своим обращением показывая, что он признал старшинство собеседника.
