Круто ты попал!

И мы наконец-то выиграем эти ваши ножи!

– Хорошо, – довольно усмехнулся Кармайкл, – давай попробуем, но насчёт получить ножи — это только мечта, которая мечтой и останется. Никогда, ты слышишь, Родерик, никогда ещё человек не выигрывал турнир императора Освэша.

Бывший сержант быстро взглянул на Огюста, и тот неожиданно для самого себя ему подмигнул: говорите, так и останется мечтой? Посмотрим!

Вечером, после дня, наполненного всевозможными делами, лекциями, тренировками с Родериком, которые оказались очень интересными, Огюст вернулся в комнату и рухнул в кресло.

Руки болели немилосердно, но молодой человек продолжал перекатывать в ладони небольшие камешки, которые дал ему Родерик. Бывший сержант объяснил, что это необходимо для того, чтобы пальцы и ладонь становились более чувствительными и ловкими.

– Я сегодня на бытовой магии смог высушить рубашку, – помолчав, зачем-то сказал молодой человек, обращаясь к сундукам. – И тренировался с Родериком. Какой это мастер, вы себе просто не представляете!

– Расскажешь нам подробнее? – оживился Третий и даже, выпустив лапки, перебрался поближе.

– А то мы тут сидим и ничегошеньки не знаем! Давай! Рассказывай!

И Огюст с изумившим его самого удовольствием, сначала не очень подробно, а потом со всё большим энтузиазмом, рассказал, как у него стали получаться заклинания по бытовой магии, и даже высушил полотенце, которое намочил водой. А о Родерике он мог говорить бесконечно, восхищаясь его мастерством.

Третий восторженно хлопал круглыми жёлтыми глазищами, безудержно хвалил его, и даже Первый высказался со сдержанным оптимизмом.

– Биэль сказал, что нашёл что-то интересное, – сказал Хасид, неспешно бежавший рядом с Тео вокруг замка. Несмотря на не очень хорошую погоду — с утра моросил дождь, а небо было наглухо затянуто грязно-серыми тучами — ни ректору, ни его финансовому советнику даже в голову не пришло, что утреннюю пробежку можно отменить. За прошедшие месяцы они настолько привыкли к тому, что любой день начинается с тренировки, что, наверное, если бы по каким-либо причинам пробежки не было, то они почувствовали бы себя некомфортно.

– Ага, – кивнул Тео, – он сказал мне, и мы договорились о встрече после завтрака в библиотеке. Всем, так сказать, «ректорским советом».

Так Тео называл тех, с кем привык обсуждать и решать важные вопросы: Хасид, Биэль, Джулиан, Харви, Кармайкл. Иногда к ним присоединялся лорд Эдриен и свободный от своих божественных дел Мортимер.