Круто ты попал!

С замиранием сердца Бенджамин наблюдал за тренировкой призрачного воинства: повинуясь командам капитана, давно умершие солдаты вставали в шеренги, неожиданно ломали строй, мгновенно перестраиваясь, и совершали ещё множество каких-то совершенно непонятных виконту действий. Отрывистые команды капитана Харви гремели над кладбищем, создавая невероятно правдоподобное ощущение боя. И всё это сопровождалось тяжёлым, давящим ощущением недоброй, тёмной магии. Она плыла над погостом, свивалась в воронки и старалась добраться до сжавшегося возле склепа виконта Шелдона.

Бенджамин прекрасно понимал, что его защищает только то, что он находится позади капитана, отгородившего его каким-то образом от бушующей на кладбище силы. В ином случае она, эта мощь призрачного войска, просто смела бы юношу, словно пушинку ураганом, и разорвала бы на тысячу маленьких Бенджаминов.

И у него ещё хватило глупости пытаться самому, в одиночку, идти на кладбище с наступлением темноты? Да хранит Великая Бесконечность капитана, который так вовремя заметил его и взял с собой.

Ведь он правильно сказал ректору: Бенджи непременно попытался бы — не сегодня, так завтра — пробраться потихоньку за ворота и «прогуляться» по бесконечному кладбищу. Страшно даже представить, чем могла бы закончиться эта прогулка даже днём, когда силы призраков минимальны.

А ещё Бенджамин думал о том, что вот теперь он действительно понимает, что хочет быть некромантом: если раньше это желание основывалось на детском восхищении Теодором Холвертом и на прочитанных книгах, то теперь оно стало чуть более осознанным.

Ему действительно хотелось научиться контролировать ту силу, от которой он сейчас прятался, а может быть, даже договариваться с ней.

Бенджи вспомнил, как пять лет назад, когда ему исполнилось двенадцать лет, отец привёз его, как и было положено, в столичный университет для определения магического дара. Старичок-маг велел ему положить обе ладони на магический шар и равнодушно сообщил, что у виконта в наличии две искры: наследственная, стихийная, характерная для всех Шелдонов, и более слабая, доставшаяся от дальних предков по материнской линии, — некромантия.

Отец тогда пожал плечами и сказал, что стихийников в семье и без того полно, так что если Бенджи угодно будет развивать не слишком популярную среди аристократов некромантию, то он мешать не станет, хотя восторга и не испытывает.