Круто ты попал!

При этом совершенно не важно, что накануне он лёг очень поздно, занимаясь делами: режим не обсуждается.

– Он и на тренировку с нами пойдёт? – заинтересовался Владислав, протягивая Бенджи руку, чтобы тот мог подняться.

– У него свои тренировки, – усмехнулся капитан, – до которых вам, полагаю, как до Освэша пешком. А вот его заместитель занимается неподалёку от вас. И хотите, я открою вам страшную тайну?

– Да! – хором воскликнули Бенджамин и Владислав.

– Полгода назад его светлость комплекцией не слишком отличался от студента Стендриджа, то есть был, мягко говоря, в теле.

И опыт тренировок имел практически отрицательный. Но! – капитан сделал многозначительную паузу. – За полгода он смог привести себя в более чем пристойный вид, хотя далось ему это ох как нелегко, уж можете мне поверить. А теперь подъём и бегом дальше, я и так позволил вам отдохнуть больше положенного.

– А как я побегу? – растерянно показал на снятый сапог Бенджамин.

– Ну, – капитан сделал вид, что задумался, – у тебя два варианта: бежать в одном сапоге или бежать босиком.

Выбор исключительно за тобой, Шелдон.

Бенджамин задумчиво посмотрел на сапог, потом на свою босую ногу, потом на дорожку и решительно отставил обувь в сторону, а капитан одобрительно кивнул, прокомментировав:

– В одном сапоге ты имел бы вид не намного более симпатичный, чем Стендридж в халате.

Бежать босиком сначала было неудобно, но потом виконт приноровился не обращать внимания на мелкие камешки, попадавшиеся под ноги и неприятно коловшие ступни.

Владислав из солидарности бежал рядом, поэтому они одновременно увидели с трудом шагавшего по дорожке Огюста. Бежать он явно уже не мог, но и без того по его красному лицу струился пот, волосы прилипли ко лбу, он громко и тяжело дышал, с трудом делая каждый следующий шаг. К счастью, портной, шивший ему халат, явно рассчитывал на то, что клиент станет ещё толще, поэтому халат запахивался хорошо и надёжно скрывал тело. В руках Огюст нёс расшитые шёлковые домашние туфли, которые выглядели не менее плачевно, чем их хозяин.

Неподалёку от Огюста с такими же тяжкими вздохами брели две девушки, поддерживая друг друга. В свободной руке каждая из них несла по паре когда-то изящных туфелек на высоком каблучке. Подолы ставших слишком длинными платьев были жутко пыльными и грязными, кружево, украшавшее их совсем недавно, порвалось и несчастными обрывками тянулось сзади.