Крутой. Право на любовь

Можно, конечно, сказать Косте о ребенке, надеясь, что хоть какие-то чувства в нем все же остались, но я этого делать не буду. И прятаться за свою беременность тоже не буду.

Это не так должно происходить. Иначе.

И уж точно не в здании суда, когда папа будет уничтожать маму…

Пусть даже чужими руками…

– Когда все эти разбирательства закончатся, я хочу уехать, – я первой прерываю затягивающуюся молчаливую паузу и сильно уж бьющую по нервам игру в пристальные взгляды.

– Куда? – Саша не отводит глаз, но и не пытается ко мне приблизиться, замирая на проходе.

– Я думаю, тебя это не касается.

– Позже обсудим. А пока… выйди, пожалуйста, из моей ванной.

На слове “моей” я делаю намеренно акцент, так как меня дико напрягает слишком уж назойливая опека Александра над моей скромной персоной. Странно, но мой спутник не сопротивляется. Лицо, понятное дело, недовольное, но Саша молча выходит из ванной, тихонечко прикрывая за собой дверь.

А я снова поворачиваюсь лицом к зеркалу, опираюсь обеими руками о края раковины и закрываю глаза, опуская голову.

Костя, за что ты так со мной?!

– Черт! – снова поднимаю глаза, глядя на свое отражение в зеркале. – Как же вы меня все достали!

В другой ситуации я бы треснула кулаком по зеркалу, и плевать, что руки порежутся. Да пусть тут хоть все кровью здесь зальет – мне действиетльно плевать. В голове мыслей – ноль. А в душе…

Так, надо брать себя в руки и не раскисать. Плохо, больно, обидно, но я не сдамся. По крайней мере, не покажу своих истинных чувств на людях.

Даже если и проиграю. Я все-таки Спасская – дочь своего отца, хотя он всю жизнь хотел сына.

Только вот характер у меня весь в моего любимого папочку.

Я тебя точно не подведу, дорогой!

– Фух! – с облегчением вздыхаю, когда выхожу из ванной и обнаруживаю, что моя спальня пуста.

Без Саши. Слава Богу, не стал и дальше действовать мне на нервы.

Ну, точно, догадался о моем “интересном” положении. Понимаю, что долго скрывать не получится в любом случае, только вот и я надолго здесь оставаться не планирую.

А что, перепишу остатки бизнеса на Сашу, ведь ему так хочется стать новым “хозяином” всех владений моего отца. А их там не мало – хватит Александру на безбедную жизнь.

И на хлебушек с икрой тоже хватит. Пусть тешит и дальше свое самолюбие, мне не жалко.

– Ой! – сердце уходит в пятки, когда я открываю дверь из спальни и натыкаюсь на Сашу. – Напугал-то как.

– Я не хотел, – он всматривается в мое лицо, а после… улыбается.