Крутой. Право на любовь

Неужели и вправду карьера, бабки и уважение каких-то стервятников дороже собственного ребенка? Неужели он настолько очерствел, что не понимает элементарных вещей?

Я бы никогда не предал собственного сына. Даже если бы меня прижали к стене или приставили дуло пистолета к виску.

– Ты знаешь, а я рад, что мама с тобой развелась! – усмехаюсь прямо в лицо отцу с таким ехидством, что самому тошно. – И ты не стал для меня примером для подражания, хотя я всегда гордился тем, что пошел по твоим стопам.

– Зря ты меня недооцениваешь, папа! – я снова улыбнулся, вгоняя теперь уже своего врага в ступор.

 – Последний раз прошу – откажись.

– А что ты мне сделаешь, сопляк?

– Значит, не услышал, – я цокнул языком и развернулся на сто восемьдесят градусов. – Ненавижу сюрпризы, но тебе обеспечу парочку.

И я вышел из кабинета своего драгоценного родителя…

Это было вчера, и я полночи не спал из-за этого разговора. С одной стороны – родной отец, а вот с другой…

Да, я могу ему угрожать, обвинять в чем-то, но только наедине.

Никогда я не выступал против своего отца прилюдно, и принять правильное решение в сложившейся ситуации довольно сложно. Практически невозможно. И слишком опасно. Прежде всего, для девочки, которую я люблю.

Если рискнули убить ее отца, то ее…

– Ульяна-а! – я ворочался с бока на бок, желая поскорее провалиться в сон. И хоть на время избавиться от ненужных мыслей, которые то и дело лезли мне в голову.

Справедливость, мать ее. В данном случае перевешивала все аргументы.

Лишь бы с Ульяной ничего не случилось…

А случится обязательно, если сделать неосторожный шаг.

Не думал я, что Ваня рискнет пойти дальше. Конечно, это же не со Спасом тягаться. Один кусок земли оттяпать – это еще полбеды, а вот дальше…

Ну, теперь-то путь открыт, никто и ничто не помешает. Даже крутой адвокат свалил, оставив хлюпика разгребать все проблемы молодой и неопытной девочки. И мой отец – слишком сильный противник, чтобы против него выступать открыто. Не справятся. Задавят их.

– Ненавижу! – я со стоном открываю глаза, а после перевожу взгляд на телефон.

Молчит. Темный экран. Может, забить на все и выпустить ситуацию из-под контроля? А что, иногда и этот шаг приемлем. Даже частенько именно это и является решением всех проблем.

Беру телефон в руки и пальцем провожу по экрану.

Восемь утра… До заседания еще два часа. Я все еще верю, что отец одумается. Поймет, наконец-то – не все в этом мире можно купить.

Восемь тридцать… Я беру чашку кофе, делаю глоток и включаю телефон.