Все должно походить на правду и обязано быть отрежиссировано до мелочей, даже если представление разыгрывается всего-то для одного человека.
Мимо прошла небольшая группа молодых людей. Федосеев проводил их заинтересованным взглядом. Это хорошо, что здесь есть народ. Чем больше будет свидетелей, тем больше веры. Метрах в пятидесяти стоял пятиэтажный дом. Наверняка какое-нибудь элитное жилье: уж слишком просторный двор, такой, по нынешним временам, стоит немалых деньжищ, да и окна огромные, едва ли не в половину неба.
Во дворе просматривались детские горки, какие-то замысловатые строения, которые запросто можно принять за малые архитектурные формы. За происходящим будут наблюдать и из окон, важно, чтобы все выглядело поубедительнее.
Федосеев подошел к мини-вэну, негромко по-стучал. Дверь, вжикнув, слегка приоткрылась, и майор уверенно вошел внутрь. Его встретили внимательные, чуток строгие взгляды. Ребята не играли в войну, для них это была работа, даже если это будет пальба в белый свет.
– В доме никого нет? – обратился Федосеев к капитану Старикову.
В обычной жизни не отличавшийся особенными габаритами, сейчас в бронежилете он выглядел былинным героем.
– Кроме тех, кто там должен быть, никого.
– Хорошо, значит, так… Шуму должно быть много, так, чтобы было слышно за версту. Патроны холостые, но героев строить из себя не нужно, все должно быть по-настоящему.
– Мы понимаем, товарищ майор, – заверил капитан. – Все будет так, как и договаривались.
– Вот и славно.
От души как-то отлегло. Пусть парни немного потешатся, для них чем больше дыма, тем лучше. Федосеев невольно посмотрел на часы: в это самое время с противоположной стороны здания подбиралось три человека. Что-то в глубине двора громыхнуло, выбив стекла на первом этаже. Раздалась короткая автоматная очередь, в ответ злобно и задиристо прозвучала другая. Дребезжа, полетели на асфальт выбитые стекла. Послышалось несколько пистолетных выстрелов. Бойцы спокойно посматривали в окно, воспринимая происходящее как звуковое оформление к спектаклю.
Один из спецназовцев, свесив крупную голову на грудь, задремал, разбудить его можно было только криком над ухом.
Раздалось еще несколько очередей. Гавкая, звучали пистолетные выстрелы. Похоже, парни всерьез увлеклись, им бы пора завязывать этот «бой с тенью».
За пределами мини-вэна возникло оживление: несколько парней в джинсовых куртках устремились по направлению выстрелов.
