Отец и мать возвращались поздно, и тогда Илья говорил ребенку:
– Марш в кровать, уже программа «Время» начинается!
Вера не может припомнить ни одного семейного похода в кино, театр или зоопарк. Отдыхать они никогда никуда не ездили, на лето девочку отправляли к матери отца, Анне Ивановне.
Внучку та использовала как дармовую рабочую силу. Городская школьница научилась доить корову, кормить кур, уток и индюшек, собирать жуков с картошки, полоть огород, закатывать банки. Но Бабаню – так внучка с малолетства называла старушку – Вера любила.
Трудовой день завершался в четыре часа пополудни. И начиналось веселье с сельскими друзьями – купание в речке, походы за грибами и ягодами. Бабаня обязательно смотрела программу «Время», а по ее окончании Вере следовало ложиться спать. Старушка целовала внучку, читала ей на ночь сказку, пела песенку. А потом приносила девочке кружку молока и плюшку с вареньем и говорила:
– Нельзя на голодный желудок на боковую отправляться – кошмар приснится!
Бабуля понятия не имела о правильном пищевом поведении, сама тоже ела булочку перед сном и прожила без особых проблем со здоровьем до девяносто восьми лет в полном разуме.
У Любови Петровны тоже была мама, Наталья Олеговна. Та вела другой образ жизни, работала секретаршей у какого-то начальника в Министерстве культуры, посещала театры и музеи, жила одна в уютной квартире и терпеть не могла зятя и дуру дочь, которая вышла замуж за колхозника, ухитрившегося поступить в столичный техникум и выучиться на строителя.
Вот ведь ужас! О том, что у нее есть еще одна бабушка, Вера узнала в двенадцать лет, когда Любовь Петровна велела ей поехать к Наталье Олеговне помочь по хозяйству.
Бабуля встретила внучку неласково, устроила ей экзамены на знание драматургии, музыки и изобразительного искусства и сделала вывод:
– Здравствуй, неандерталец!
Вера стала ездить к пожилой даме по субботам и воскресеньям. Та всегда отмахивалась от предложений внучки вымыть полы, говорила:
– Мы отправляемся в театр!
Очень скоро школьница сообразила, что ее задача – сопровождать даму на спектакли, сидеть с ней в консерватории и бродить по залам музеев.
Сначала Верочка умирала от скуки, потом ей начали нравиться опера и балет. Наталья Олеговна сохранила старые связи – билеты она не покупала, театральное начальство никогда не отказывало ей в бесплатном пропуске.
Когда Вера поступила в институт, Наталья Олеговна тяжело заболела, ей сделали несколько операций. Ухаживала за ней внучка.
