Крылатым не входить!

Сердце на его словах забилось чаще. Малыш признал меня своей мамой? Возможно ли такое?..

От этих мыслей хотелось петь, улыбаться, обнять всех присутствующих в комнате. Мне кажется, даже свидетельство об усыновлении на руках не привело бы меня в такой восторг, как то, что я сейчас услышала. Ведь документы – это всего лишь бумага. А сейчас речь шла о чем-то большем, о чем-то, чего я пока не понимала, но что мне казалось безумно важным.

Просмотрев все «чеки», Марк Александрович уверил меня, что малыш полностью здоров, дал рекомендации по уходу и кормлению, ответил на, казалось бы, бесконечный поток моих вопросов, прописал витамины в каплях, лекарство от колик и сказал приходить через месяц на очередной прием.

— Извините за глупые вопросы, — благодарно попросила я под конец разговора."

"— О, поверьте, это свойственно для молодых мам, — врач доверительно наклонился вперед. — Бывают и глупее. А у вас еще такой необычный случай.

Из больницы я выходила в приподнятом настроении, полностью погруженная в «материнские» мысли.

— Осторожнее! — ворчал на меня Александр, когда я чуть не сбила кого-то низкорослого на входе.

Ему несколько раз пришлось взять меня под руку, иначе я точно в кого-нибудь бы врезалась. Я смотрела на зевающего малыша в переноске и не могла думать ни о чем другом, кроме как о сказанных доктором словах.

— Марина, ты здесь вообще? — сердито спросил он, когда я в очередной раз споткнулась на парковке.

— Нет, — искренне ответила я.

Александр, до этого хмурый и серьезный, не выдержал и в ответ на мою улыбку тоже улыбнулся.

— Ладно, в машину. Отвезу тебя домой.

Прошмыгнув на заднее сиденье, дождалась, пока гарпий займет водительское.

Он завел мотор и поправил зеркало заднего вида, в котором на мгновение отразилось его лицо.

— Большое спасибо, что помогаешь, — с чувством поблагодарила я.

Брови прокурора опустились, и он отвел взгляд. Что я не так сказала?

Вспомнилась девушка-администратор, пытавшаяся дать свой номер телефона гарпию.

— Даже если это часть твоей работы, спасать волшебных детей… — чувствуя неловкость, пробормотала я. — Все равно, большое тебе спасибо.

— Это не часть моей работы, — фыркнул он, выезжая с парковки. — По крайней мере, не должно быть ею.

— Ты так говоришь, будто тебя кто-то заставляет, — его тон обидел, но я постаралась не придавать этому значения.

— Можно сказать и так.