Крылья бабочки

Она остановилась в нескольких десятках футов от ажурной лестницы своей парадной, задумавшись: а когда случилось это самое «всегда»? Когда она перестала жить чувствами? Она ведь была другой?! Ведь была же! Когда в родном Сан-Франциско цвели алые маки, Трейси не была так цинична.

В воздухе пахло теплом и ванилью, легкий весенний ветерок нежно перебирал волосы, ласкал шею и обнимал за плечи, но Трейси не реагировала, хотя обожала начало мая, возможно, она так бы и простояла весь вечер, вспоминая прошлое и раздумывая над будущим, если бы к ней не обратились:

– Эй, детка, скучаешь?

Трейси моргнула, поворачиваясь на голос.

Молодой, смуглый, в надвинутой на глаза кепке и широких штанах, он суетливо хлопал себя по бедру и стоял ближе, чем мог бы позволить себе незнакомец. Она наградила его скептическим взглядом, не собираясь тратить время на дискуссию с наглым субъектом, и сделала шаг вперед.

– Эй, невежливо вот так уходить! – засмеялся парень, но Трейси его смех насторожил: в нем отчетливо ощущалось нервное ожидание, а еще – злость.

– Я спешу, – бросила она, не заметив, как от раскидистого кипариса отделилась тень.

– Не так быстро, крошка.

Трейси вздрогнула, когда ей между лопаток уперлось что-то твердое.

Примерно через час ее втолкнули в набитую старьем комнату и сняли с головы пропахшую потом и пылью черную шапку. К Трейси приблизился самый рослый из парней, заставляя инстинктивно попятиться, и рывком отодрал клейкую ленту с ее губ.

– Может, оставить рот заклеенным? – предложил второй – тот, который начал с ней разговор возле дома, – надломленным сиплым голосом.

 – Вдруг орать начнет.

– Пусть орет, – заржал бугай, пройдясь по Трейси похотливым взглядом. – Ее крики здесь никого не заинтересуют.

Она судорожно вдохнула, сразу же проглатывая наполненный затхлостью и грязью воздух, боясь, что ее вывернет на изнанку прямо сейчас, и севшим от долгого молчания голосом спросила:

– Что вам от меня нужно?

– Для начала, вот это. – Он одним отточенным движением сорвал тонкую нить, видневшуюся в вырезе блузки.

Трейси тут же вскинула руку, ощупывая место, где еще секунду назад лежал бриллиант, приятно холодя кожу.

– А камушек-то настоящий! – присвистнул щуплый парень. – Можно загнать беззубому Олли за хорошие бабки! Может, отрежем ей палец?

Она вздрогнула, пряча руки за спиной и лихорадочно мотая головой.

– Если до ее братца не дойдет с первого раза, отрежем палец, потом сиськи, всю в пакете отправим. – Они загоготали и направились к выходу.