Крылья бабочки

Ее это не касалось, и она забыла о наркотиках, убийствах и других преступлениях.

Трейси верила, что Марко найдет выход из ситуации, разберется с полицией и отодвинет от себя жесткий пресс Фемиды. С его-то деньгами и связями! Но если она только заикнется о Томе… Марко прикажет убить его, и вина будет на ней, Трейси.

– Ты прав, это не моя борьба. – По глазам она поняла, что намек он считал безошибочно, а еще поняла, что они теперь повязаны: если с ним что-то случится – у полиции будут вопросы к ней. Он ведь доложит о изменившихся обстоятельствах.

 – Том, ты играешь в очень опасную игру.

Он криво улыбнулся:

– Разве не это мой долг: служить и защищать.

Трейси сжала губы в тонкую линию, предчувствуя, что все это плохо кончится. Том тоже знал это, но не мог отступить.

Тем же вечером Трейси, закопавшись в бумаги, сидела дома и всеми силами гнала от себя мрачные мысли. Она постоянно думала о Марко: за ним охотятся спецслужбы, а она знает об этом и молчит. Но что она ему может сказать? Что его водитель на самом деле федеральный агент под прикрытием? Затем предупредить Тома, чтобы он успел скрыться? И что тогда будет с ней? Трейси успела неплохо изучить Марко: для него это тоже предательство, а с предателями он разговаривает только на языке силы.

И ФБР за срыв операции по голове не погладит: ее привычную жизнь просто уничтожат.

Ее мучили сомнения и противоречия, привязанность к мужчине боролась с инстинктом самосохранения. Она ведь всего лишь человек: не святая и не мученица, просто женщина, обычная и ни черта не самоотверженная.

Трейси вздрогнула, когда звонок домофона, словно выстрел, разорвал тишину, сваливая в кашу гнетущие мысли.

– Ваша пицца, – донеслось из устройства.

– Вы ошиблись, я не заказывала пиццу, – удивилась Трейси.

– Хм… – протянул мужской голос. – У меня записан адрес: Перри-стрит 66, С12. Пепперони с двойным сыром. – Голос мужчины ощутимо отдавал тревогой и нежеланием платить за пиццу самому.

– Ну раз с двойным, – буркнула она, нажимая на кнопку.

Стук в дверь, секунда промедления и Трейси пораженно воскликнула: – Питер? О! Это вы? – Она пораженно закусила губу, рассматривая Питера Трумэна – мужчину, который пытался ухаживать за ней в Аспене. Футболка с эмблемой пиццерии, рваные джинсы и большая коробка – он действительно походил на разносчика пиццы, только серьезное интеллигентное лицо не вязалось с образом. – Питер, я не ожидала вас увидеть, да еще и в таком виде.