22
Только-только миновал полдень, а в лагере уже вовсю дымила походная кузня, где чинилось испорченное оружие и сбруя. Отменной организацией своего лагеря де Гиссар давал понять защитникам замка, что пришел за победой и готовится к ней умело и основательно.
После обеда, состоявшего из крупяной похлебки и вяленого мяса, солдаты без раскачки принялись за работу – стали собирать на склонах окрестных холмов камни. Те, что были полегче, несли на руках, большие волокли по земле, впрягаясь по трое-четверо в кожаные вожжи, которыми обвязывали валуны.
От сотен волокуш поднимались облака известковой пыли, и казалось, что на склонах холмов начался пожар. Камни складывали перед лагерем, и вскоре набралось достаточно материала, чтобы начать строить уступы.
Когда спустилась ночь, солдаты де Гиссара вернулись в лагерь, одни – чтобы отоспаться после тяжелого дня, другие – чтобы встать в караул. Боевой настрой защитников замка не обещал чужакам спокойного сна.
После полуночи начались беспокойства.
Небольшие отряды фон Марингера выбрались из крепости по подземным галереям и атаковали правый фланг, где находилась половина полка уйгунов. Горстка диверсантов дружно навалилась на сонных солдат, и поначалу им удалось заколоть несколько лошадей и их хозяев, однако в итоге уйгуны окружили лазутчиков и вырезали до последнего человека.
Де Гиссар не стал сердиться за то. что не оставили пленных, поскольку даже вызнав с помощью пыток местонахождение лаза в подземную галерею, проникнуть по ней в замок было невозможно.
Помимо основных ходов, в галереях были и ложные, которые обрушивались, едва только неосведомленные пытались по ним пройти. На памяти де Гиссара ни одна из таких попыток не увенчалась успехом, а обвалы погубили самых отчаянных.
Под утро атака на лагерь повторилась, и сделано это было коварнее и хитрее, чем в предыдущий раз. Несколько смертников пробрались на вершину холма, на склоне которого находилась большая часть лагеря, облили смолой несколько круглых камней и пустили их вниз.
Камни с грохотом понеслись на лагерь, однако основной ущерб нанесли не людям, а лошадям. Перепуганные до смерти животные оборвали путы, расшвыряли охранявших их уйгунов и, сметая все на своем пути, бросились вниз – к замку.
Во время этой суматохи серьезно пострадали более ста солдат. Разбежавшихся лошадей пришлось собирать до самого утра, а потом закалывать тех, что покалечились.
