Крылья

 – Да с каких это пор ты двух дней без меня прожить не можешь?!

– Лика, я же знаю тебя. Ты никогда ничего подобного не вытворяла! Я обзвонила все места, где ты могла быть, всех друзей. Возможно, я бы не дергалась, но… ребята видели, как ты ушла с вечеринки с какой-то… цыганкой.

– Что? – охрипла я.

– Со смуглой бабой на дорогой тачке, так понятней?!

– О не-е-ет, – я повалилась на стол. – Да с чего вы взяли, что она цыганка?! И вообще! Даже если цыганка, то что?!

– Цыгане воруют детей! – прошипела Алька в трубку.

Я была на грани истерики.

– Поэтому прости, но я не могла по-другому…

И в этот момент мной завладело предчувствие чего-то жуткого. Алька извинялась! Она не извинялась почти никогда и не перед кем, но сейчас я отчетливо слышала слово «прости», вылетевшее из ее рта и застрявшее в моем ухе.

– Алекс, что ты сделала? – охрипшим голосом спросила я.

– Лика, прости. Я не могла иначе. Я обязана была сделать это…

– Что ты сделала?!

– Я рассказала матери. Она подняла на уши всех ментов в городе.

И мы позвонили твоим родителям в Германию.

Мое сердце сделало бешеный скачок. Я не могла пошевелиться. Алька продолжала что-то кричать в трубку, но я уже не разбирала слов.

– Я перезвоню, – сказала я ей и нажала отбой.

Крис сел рядом, обнял меня, и я заползла к нему на руки, едва живая от ужаса. Голова налилась монотонным шумом, как перед очередным прыжком.

– Меня сейчас выбросит, – пробормотала я.

– Дыши глубоко, – Крис развернул меня к себе.

 – Дыши. Не закрывай глаза и старайся не смотреть в одну точку.

Я начала медленно вертеть головой по сторонам, делая глубокие вдохи, как физкультурник на разминке.

– Ты слышал?

– Да.

– Что мне делать?

– Позвони родителям.

– Мне страшно, – всхлипнула я.

– Им точно страшнее.

Я обхватила Криса за шею, прижалась к нему еще крепче и по памяти набрала номер отца.

* * *Тот голос, который ответил мне, был так мало похож на голос папы. По моим щекам потекли слезы.

– Папа, это я! И со мной все хорошо! Папа!

Он молчал.

Сначала раздался резкий вдох, как будто кто-то где-то проколол шину, а потом сдавленный всхлип. Я представила, как он стоит, прислонившись лбом к стене, вцепившись в телефон, и плачет – и сама зарыдала еще сильнее.

– Где ты? Ты в порядке? Тебя не похитили? – он отчаянно пытался взять себя в руки.

– Я в полном порядке. Я в…

Я посмотрела на Криса, он понял мой молчаливый вопрос и кивнул.

– Я в Швейцарии.