Кстати, вы дочку в Англию возьмёте или с дедушками-бабушками оставите?
Сергей всерьёз растерялся и на жену посмотрел, а Настя уверенно кивнула.
— С собой возьмём.
— Просто с ребёнком у вас на себя времени меньше останется, Серёжа будет работать, а вы могли бы…
— Нет, нет. Вику мы возьмём с собой, даже думать нечего. Да и как мы без неё. Серёжа если вечерами задерживается, приходит, а она уже спит, так он уже места себе не находит. — Даше ещё одна улыбка досталась. — А тут несколько месяцев.
— Дочка в маму, значит, рыженькая?
Маркелов вдруг улыбнулся.
— Да, зайчик солнечный.
Полная и безоговорочная победа. Больше Даше ни одного взгляда не досталось от Насти — ни торжествующего, ни мстительного. Она просто была рядом с мужем, ловила его взгляды, а внутри всё пело. Причём это была не просто песня, а марш победителя. Именно в тот день Настя чётко поняла, какой жизни она хочет — для себя, для своего ребёнка, для своей семьи. Да, её судьба когда-то сделала кульбит, настолько неожиданный, что Настя на долгие годы перестала соображать, осмыслить никак не могла перемены, смириться не могла, просто жить и радоваться.
Но пришло время, и она прозрела. По сторонам огляделась, к себе постаралась прислушаться, и вдруг поняла, что представить себя не может в другом месте, с другими людьми. Долго мучилась из-за того, что не своё место занимает, но оказывается, просто-напросто запугивала себя. И вот наконец пришла к выводу, что пора брать судьбу в свои руки, а не ждать очередных сюрпризов и пакостей.
— Я была сегодня хороша? — спросила она мужа, когда они вернулись домой за полночь. Серёжка был немного пьян, позволил себе расслабиться, когда его начальники разъехались, оставив молодёжь отмечать заслуженный успех.
— Ты была хороша, — шептал он ей, целовал за ушком, лаская её тело ладонями. — Ты и сейчас хороша.
— Правда? — Настя рассмеялась, но спохватилась, вспомнив о том, что поздно и дома все давно спят, и рот себе рукой зажала.
— Солнце моё. — Маркелов подтолкнул её к дивану в гостиной, Настя на подлокотник присела и уткнулась носом мужу в грудь.
Он тут же ладонями её лицо обхватил, запустил пальцы в волосы.
— Ты у меня молодец. Когда Медведев про тебя сегодня говорил, я так гордилась тобой. — По груди его погладила, а Серёжа наклонился к ней.
— Гордилась?
— Конечно.
Он усмехнулся, не придумал, что сказать, и поэтому рот ей поцелуем закрыл. Попытался на спину опрокинуть, Настя даже с подлокотника съезжать начала.
