— Что ты хочешь мне сказать?
— По поводу оркестра?
Они глазами встретились, и Настя первой не выдержала и разулыбалась.
— А если труб и фанфар не будет? А только скрипач, пианист, ну и…
— Нет.
— С тобой невозможно договориться.
— Мне за это деньги платят, дорогая.
Сергей переднюю дверь открыл, облокотился на неё, ожидая, когда жена сядет. А Настя всё медлила, глядя в насмешливые глаза мужа. Он сегодня был в на редкость хорошем настроении, и без очков глаза сияли, у него явно что-то было на уме, Настя хотела поинтересоваться, что именно он задумал, но с заднего сидения Вика простонала:
— Я домой хочу! Папа!
Маркелов жену по носу щёлкнул и закрыл за ней дверь автомобиля, когда она села.
Дома Вика уговорила его сыграть с ней в настольную игру. Разложила на журнальном столике в гостиной яркую карту, вручила отцу кубики и фишки, и принялась вслух зачитывать вопросы. Сергей послушно кидал кубики, и отвечал на вопросы, порой неправильно, чтобы не расстраивать дочь проигрышем. Настя время от времени в гостиную заглядывала, когда смех становился слишком громким, не отрываясь от разговора с Лидой.
Та вновь жаловалась на Хшояна и требовала от Насти идей и действий, и желательно побыстрее. Настя обещала. Даже клялась решить все проблемы в ближайшее время.
В очередной раз заглянув в гостиную, Настя у дочери поинтересовалась:
— Вика, тебе спать не пора? Уже десять.
Дочь скуксилась и умоляюще посмотрела на отца, но тот лишь беспомощно развёл руками. Тогда Вика потребовала, чтобы он отнёс её в кровать.
— Тебе не стыдно? — подсмеивался над ней Маркелов, подхватывая девочку на руки. — Ты же у нас взрослая. А в кровать до сих пор тебя папа носит. Как маленькую.
— Я не маленькая, — возразила Вика, правда, не слишком уверенно, и покрепче обнимая отца за шею.
Настя улыбнулась, наблюдая за ними. Рукой по плечу мужа провела, когда он мимо проходил, и сама следом отправилась, чтобы проследить, как дочка умывается и чистит зубы перед сном. Сергей Вику поцеловал перед сном и сразу к двери направился, чтобы не мешать.
И кинул на Настю ещё один особенный взгляд, та только удивлённо вздёрнула брови. А когда чуть позже появилась на кухне, сказала:
— У меня такое чувство, что ты что-то натворил и теперь подлизываешься. Это так?
— Мне обидны твои подозрения.
Настя к нему подошла, и наклонилась, пристроив руку на его плече. Сергей пил своё любимое молоко и читал газету. А когда жена подошла, от чтения отвлёкся.
Настя поцеловала его в макушку.
