— Ты с ней говорила?
— А не должна была? — Настя достала из пакета бутылку топлёного молока, на руке её взвесила, как перед броском. — Она собирается обвинить тебя в сексуальных домогательствах. Так что ты допрыгался, Маркелов.
— Что она собирается сделать? — Он выглядел не на шутку удивлённым.
— А что? Думаешь, не докажет?
— Тфу, Насть!
— Ты на меня не плюй, раньше надо было думать. Прежде чем к хорошему юристу под подол лезть! Или думаешь, сбагрил её бедному Кутепову, и всё шито-крыто? Девушка, недовольна, между прочим.
— Я всё решу, — процедил Сергей сквозь зубы.
— Не сомневаюсь, — съязвила Настя, и вдруг поняла: — Я, кажется, не первый раз сегодня это говорю.
После обеда появился Лер, выглядел помятым и усталым, рассказал, что ночь у него выдалась тяжёлая, дома он появился только в семь утра, и поэтому решил устроить себе выходной.
— На сегодня никаких клубов, сумасшедших барменов, ди-джеев и музыки. Полная тишина.
В итоге, вместо полной тишины и отдыха, они с Маркеловым решили выпить пива, а Настя, которой так и не удалось выяснить у мужа, что он собирается делать с угрозами бывшей любовницы, разозлилась и не сказала им ни слова, когда они собрались уходить.
— Чего-то Настёна смурная, — заметил Лер. — Поругаться успели?
Сергей в который раз оглядел старенькую, покосившуюся беседку, в которой они устроились, на заросли сирени неподалёку посмотрел, потом сделал большой глоток пива из бутылки и рукой махнул.
— Семейная жизнь, чтоб её.
Федя хмыкнул.
— Это да. Мне не рассказывай.
— Как вы здесь живёте, Федь?
— Да нормально живём. Всё, как всегда. Все переженились, детей нарожали. Андрюха Бочкин сидит, — Лер качнул головой. — Давно сидит.
— За что?
— Да там тёмная история, тачки они, что ли, угоняли, разбирали потом. Говорят, ему потом ещё за что-то добавили. Да он всегда с башкой не дружил!
— А остальные?
— Нормально вроде. Почти все здесь.
Маркелов бутылку в руке покрутил, принялся разглядывать этикетку.
— А Аверин?
Федя понимающе улыбнулся.
— Здесь.
Он, правда, у жены живёт, но к мамаше частенько наезжает.
— Особенно, в последнее время, да?
Лер поскрёб заросший щетиной подбородок.
— И что я тебе должен сказать, Серёг?
— Да ничего не говори, я сам знаю.
— Ладно тебе. У тебя Настёна такая… Куда Аверину до неё? Не допрыгнет. Нет, серьёзно. — Фёдор развернулся к Сергею. — Я её как увидел, даже не сразу узнал. Королева. Бегала, вон как Вика ваша, с косичками: «Я не рыжая, я не рыжая!», а сейчас глаз не отведёшь.
