— Ты думаешь, что ты такой сильный? Думаешь, ты лучше всех здесь, потому что ты ангел?
Вульф все еще не сдвинулся с места.
— Она не та, за кого ты ее принимаешь, — прошипел Лэнсон, указывая пальцем в мою сторону.
Я скрестила руки на груди, чувствуя, что все внимание приковано ко мне.
— Ты сказал достаточно, — тихо произнес Вульф. Смертельно.
Глаза Лэнсона расширились. — Разве? Потому что я знаю о ней кое-что, что, думаю, многие бойцы здесь хотели бы узнать.
Нет. Сердцебиение участилось, ладони вспотели. Не смей, мать твою.
Лэнсон шагнул ко мне. — Ты доверила мне хранить свой маленький секрет, не так ли? — прошипел он. — Ну, я тоже тебе доверял, Хантир. Думаю, мы оба будем разочарованы.
У меня не было времени среагировать. Сверкнув черными перьями, Вульф атаковал, повалив Лэнсона на спину и встав над его телом со сжатыми кулаками.
Лэнсон закашлялся, лежа на земле.
— Не говори больше ни слова, мать твою, — прорычал Вульф.
Я попятилась назад. Вульф… он защищал меня и мою тайну.
— Почему? — Лэнсон кашлянул.
— Почему ты защищаешь ее? Она же гребаная змея!
Вульф ударил его по ребрам. Мы все услышали, как они треснули. Он опустился на колени рядом с обмякшим телом Лэнсона и прошептал что-то так тихо, что я не смогла разобрать.
Но что бы это ни было, похоже, оно до смерти напугало Лэнсона.
Вульф встал и пошел прочь, задев меня плечом и прошептав: — Пойдем.
Я на мгновение замешкалась, глядя, как Лэнсон поднимается на ноги, не встречая моего взгляда.
Затем я повернулась и пошла за Вульфом прочь со двора.
Я не была уверена, почему последовала за ним. Может быть, потому, что теперь мы были командой. Может, потому, что он был единственным во всей проклятой академии, кто мог меня защитить, а может, потому, что с ним я начала чувствовать себя в безопасности.
Но я шла за ним, не задумываясь, не колеблясь. Мои ноги скользили по каменному полу, как будто Вульф вел меня инстинктивно.
— Может, ты притормозишь? — попросила я, но мой голос прозвучал как слабый крик. — Вульф!
Он слишком быстро развернулся, его челюсть сжалась, а кулаки напряглись.
Он был зол, злее, чем я его когда-либо видела.
— Что с тобой происходит? — спросила я. — Ты позволяешь Лэнсону залезть к тебе в голову?
— Нет, — рявкнул он. — Этот трус не заслуживает жизни. Он не должен, блядь, так с тобой разговаривать.
Я прислонилась спиной к каменной стене и закрыла глаза, проводя руками по своим беспорядочным волосам. — Мне не следовало ему доверять, — призналась я.
