Когда Войлер ударила локтем в ребра Эспека, тот зашипел от боли.
Ну вот, Войлер. Побольше бы таких ударов.
Но Эспек быстро оправился, схватил ее за руку, прежде чем она отступила, и швырнул ее на землю, словно она была пустым местом.
Он мгновенно прыгнул на нее и прижал к земле, обхватив рукой горло.
Давай, Войлер. Она задыхалась, а рука Эспека все крепче сжималась.
Я взглянула на командира. Прекратите этот гребаный бой!
Все замерли. Ни один человек не смел пошевелиться, не смел дышать.
И тут случилось невозможное.
Все произошло так быстро, что я едва успела заметить. Войлер потянулась к бедру Эспека, где был пристегнут один из его собственных кинжалов, и порезала себе руку.
Кровь упала на землю через долю секунды.
У Эспека не было ни единого шанса: в воздухе вокруг них образовались осколки льда. Они вонзились в спину Эспека, пронзили его сердце и убили.
Вся схватка длилась всего несколько секунд.
Войлер отпихнула от себя безжизненное тело Эспека и, задыхаясь, поползла прочь. Эшлани опустилась на колени рядом с ней, схватила ее за плечи и обняла.
Но мой взгляд переместился на командира.
— У тебя сильная магия крови, — сказал он, кивнув в сторону Войлер. — Редко кому удается так сильно контролировать себя во время паники. Черт возьми, большинство убило бы нас всех этими осколками.
Я затаила дыхание. Войлер стала первой, кто убил другого в спарринге. И это был Эспек.
— Мы возобновим спарринг на следующем занятии, — объявил Командир Макантос. — И если вы не контролируете свою магию крови так же хорошо, как она, советую вам не пытаться сделать то, чему вы только что стали свидетелями.
Вот и все.
Войлер убила с помощью магии крови, причем так легко и точно, что у нас даже не было шанса остановить это.
Черти, может, Командир был прав. Может, не я одна носила маску в этой академии?
На следующий день мы с Вульфом тренировались одни в тайном дворике. Мне там нравилось. Я могла быть собой, тренироваться без посторонних глаз, становиться сильнее. Лучше.
Это было то, что мне нужно, учитывая, что до Трансцендента оставалась всего неделя.
Я села на траву, совершенно обессиленная, и позволила своему телу расслабиться. — Ты никогда не рассказывал мне, почему ты пал, — начала я. — Ты падший ангел, я имею в виду. Что случилось?
Он вздохнул, но в конце концов пробрался ко мне и сел рядом. Он вытянул перед собой длинные ноги, откинувшись на руки. Его черные крылья коснулись высокой травы рядом со мной.
— Было много причин, — объяснил он.
