Сердце стучало так, как будто вот-вот выскочит!
– Ринк! – сразу ответил тот. – Все в порядке! Врач сказала, что все идет хорошо!"
"– Какой врач, твою мать?! – разъярился Антон. – Что там у вас идет хорошо? Что происходит? – заорал он так, что на него стали оборачиваться люди.
– Ната рожает. Славка тебя сейчас к нам в роддом отвезет. Он разве тебе не сказал?
– Нет! Все, еду.
Он широкими шагами двинулся к выходу, через плечо бросив Славе, еле поспевающему за ним:
– На ближайшей тренировке в зале будешь у меня вместо боксерской груши.
– Ну что вы, Антон Александрович, – не испугался Слава. – Это же сюрприз!
– Я тебе устрою сюрприз, мало не покажется, – пригрозил Ринков.
В родовую вбежала медсестра.
– Наталья Алексеевна! Там папаша сюда рвется!
– Дайте ему халат, бахилы и впустите! – распорядилась Наталья Алексеевна.
– Да он сам уже переодевается. Можно подумать, мы могли его остановить! – возмутилась девушка.
Преодолевая сильную боль, Ната рассмеялась.
– Наталья, не отвлекайся! – прикрикнула на нее врач. – Давай! Тужься!
И как раз в тот момент, когда встрепанный грозный Ринков влетел в операционную, родился его первенец.
Сын.
Сын и дочка родились крошечные, но совершенно здоровые и крепкие!
Мальчик был покрупней сестры и плакал баском. Девочка – совсем маленькая и не плакала: так, попищала без энтузиазма, обозначив себя в этом мире, и сразу успокоилась, замолчала, когда ее положили на руки отцу.
В палату, куда привезли Наталью после родов, пришла ее врач, чтобы поздравить.
– Ну, Наталья! Ты героиня! Быстрые роды, и такие легкие. О вас с мужем уже легенды слагают…
Антон сидел на стуле возле кровати, где лежала жена, и держал на руках детей, которые спали, тихонько посапывая.
Наталья Алексеевна помогла ему уложить детей в кроватку, поздравила еще раз счастливых родителей и вышла. Антон посмотрел на спящих детей, потом подошел к Наталье.
– Мне хочется тебя обнять, – сказал он.
Она подвинулась:
– Давай!
Он осторожно лег рядом и нежно прижал ее к себе. Наталья повернула к нему голову, они смотрели друг другу в глаза.
– Натка, – сказал он тихим голосом.
Его переполняли чувства, которые и пережить-то было трудно, не то что описать словами…
– Натка, – повторил он. – Я тебя люблю.
От переживаемого у него навернулись на глаза слезы.
– Я тоже тебя люблю, – она усмехнулась.
