Ничего сложного. Просто сходим, посмотрим и вернемся, – почти весело уверил он.
Наталья выбралась из его объятий и пошла умываться.
Конечно, она расстроилась. Бог его знает, что там может случиться…
«Ната, он специалист, он участвовал… Он все про это знает, ему виднее, как надо. Что ты паникуешь, ну не в стан же врага он собрался! Давай бери себя в руки!» – уговаривала она себя, пока умывалась.
Она вышла из ванной.
Ринков сидел в кресле, напряженный, и ждал ее.
Он нервничал, не зная, как она отреагирует, но чувствуя, что от того, как она примет ситуацию, зависит очень многое.
Наверное, даже самое важное – сложится у них жизнь или нет.
Ната подошла и забралась к нему на колени, он тут же прижал ее к себе.
– Я не могу обещать, что не буду волноваться. – Она помолчала. – Думаю, ты прав, я бы сама на твоем месте полезла бы проверить, что там.
Антон поцеловал ее в макушку, зажмурился и прижался лбом к ее голове.
– Моя мама всегда так отцу говорила: «Саша, не могу обещать не волноваться…»
Он помолчал и продолжил:
– Они с отцом рано поженились, сразу, как он училище окончил, он военный был, в ВДВ служил.
Она с ним по всем гарнизонам моталась, а потом и я с ними. Когда надо было в школу идти, меня у бабушки в Москве оставили. Через несколько лет отца в штаб перевели, и они с мамой тоже в Москву приехали. Мама у меня была замечательная: веселая, быстрая, мудрая, на ней весь дом держался. У нас дача была в Ильинском с огромным участком и двухэтажным старым домом. Там всегда летом вся семья собиралась: дядьки, тетки, братья, сестры.
Мама была стержнем всей дачной жизни. Они по вечерам садились на веранде и часами чай пили, шутили, в преферанс играли, рассказывали истории, а мы, дети, подслушивали. Когда отец вышел в отставку, они туда совсем переселились. Однажды поехали в Москву, на день рождения тетки Лены, сестры матери. На их машину налетел грузовик с пьяным водителем за рулем. Они сразу погибли, оба. Я на задании был, узнал только через две недели. А дачу я потом продал – она без мамы словно умерла… И вроде как родственники все остались, а семьи дружной не стало.
Теперь все как-то порознь.
Ната обняла ладонями его голову, приподняла и нежно поцеловала в уголки губ, затем заглянула ему в глаза и сказала:
– Зато никто из них друг друга не пережил. Это тоже счастье.
Антон притянул ее к себе и крепко поцеловал в губы, отгоняя печальные воспоминания и благодаря ее за понимание и утешение.
– Я поеду сейчас домой, к маме. С Диной встречусь.
