Хотя в городе теперь был объявлен комендантский час и улицы патрулировались армейцами, людей становилось всё меньше. Предприятия не работали, и хотя карточки отоваривали ‘по прописке’ и за совсем смешные, символические деньги – люди стали рассасываться в пригороды и деревни. Всё это очень даже поддерживалось пропагандой по телевизору и радио. Батя сказал, что это у Администрации грамотный ход: ‘рассеять протестный электорат’, и снять с себя часть ноши по снабжению населения – типа, пускай сами себя продуктами обеспечивают.
Ходили упорные слухи, что на распределении продуктов по карточкам чиновники – уже не из ‘антинародного режима’, а из ‘Новой Администрации’, ‘делали’ ну просто сумасшедшие деньги. Нормы раз за разом сокращались, а на так по-прежнему и работающих оптовых рынках цены всё росли и росли. Ещё батя сказал, что судя по продуктам, что давали по карточкам, Администрация уже частично вскрыла запасы Госрезерва – а это, он говорит, совсем плохой знак... Почему плохой, чем это грозит – если продукты-то дают? – я не понял, да и не вдумывался.
А вот то, что в городе всё чаще стали бить витрины и растаскивать содержимое магазинов – это уже было трудно не заметить... Выглядело это обычно одинаково: поблизости от магазина собиралась толпа, находилась пара-тройка ‘ораторов’, которые ‘раскачивали’ людей на ‘протест’, потом к решётке, огораживающей витрину, цеплялся трос... Если подъезжал патруль – навстречу выскакивало несколько баб-хабалок, с надрывом кричащих ‘Нам детей кормить нечем!’, ‘Разжирели, сволочи, на народных харчах’ и ‘Ну давайте, стреляйте! Стреляйте в народ!!’ – хотя по их рожам и было видно, что любых детей они бы сменяли на бутылку портвейна, из расчёта ‘одна бутылка – один детсад’.
Как правило, патрули, покрутившись около толпы и ‘поуговаривав’ в стиле ‘Граждане, сохраняйте спокойствие и расходитесь по домам!’, сами тихо линяли с улицы – был слух, что им запретили применять оружие ‘по людям’, чтобы ‘не озлоблять’.
.. ‘Народная’ ведь Администрация-то... И, стоило патрулю слинять, в витрину летело что-нибудь увестистое, типа бетонной уличной мусорной урны. И начиналось... Толик постоянно ‘нагнетал’: ‘Ну что, брателло, ну чего ждём??’ У бати был свой взгляд на это: – Пусть кондиционеры и плазмы во-всю-стену тащат другие (он покосился на Толика, явно имея ввиду его ‘поход за ноутбуками’, но ничего не сказал, а Толик и не подал виду). Нам это ни к чему.
