Я выжидательно смотрел на батю, ожидая его реакции на идею по сути ограбить детский садик. Толик тоже молчал, и с интересом смотрел на него. Видно было, что он ждал, что батя откажется, и он был готов тут же дать волю своей язвительности. Против ожиданий, батя не стал кобениться. Секунд тридцать что-то прикинул, – и резюмировал: – А что?.. Детей в садике сейчас нет, и не предвидится. Садик разграбят – тут и к бабке не ходи. Пока придурки телевизоры и пылесосы растаскивают... Почему бы не мы первые? Типа ‘для пробы’? Другой вопрос, что там есть-то? Думаю, там давно уже ничего нет – сотрудники всё и растащили! – А вот посмотрим! – мне не терпелось реализовать свою ‘наводку’, – всё как у взаправдашних бандитов, только комичней – ‘налёт на детский садик!’ Как будто прочитав мои мысли, Толик буркнул: – Ограбление века – налёт армян на водокачку.
.. Может, фигнёй-то не станем страдать? На оптовом прод-рынке есть масса контейнеров с продуктами – вот туда и надо ехать, ‘договариваться’ – он сделал нажим на последнем слове и выразительно подмигнул.
– Да – сказал батя – Это дело. Обязательно займёмся. Но там, я знаю, охрана – сами же торгаши сторожат. Нам ещё картечи в пузо не хватало... Правда и у нас теперь есть... Но мы займёмся. Потом. А пока давай, посмотрим, что там за детсадики... – Ты – не пойдёшь! – это батя мне. – Я – пойду!! – это я ему. – Сына... Серёж... Ты пойми... – Пойду, я сказал!! – На полтона ниже!!! –
рявкнул батя, аж привстал. В комнату заглянула мама, но, встретившись с ним взглядом, опять исчезла.
Как я ненавижу, когда он начинает разговаривать со мной таким вот ‘железным тоном’; тогда его переубедить ну очень сложно – упрётся! Лев по гороскопу, чёрт побери! Псих, как и братец! У меня от обиды аж слёзы на глаза навернулись. Но неожиданно на мою сторону встал Толик: – Брателло, послушай... Не, я понимаю про что ты – что если попадёмся... Вдруг если попадёмся, то... За сына переживаешь и всё такое. Это понятно. Но ты вот ещё что уясни. Ты сам говорил – ‘старый мир на изломе’.
Бардак и ‘тёмные времена’. Так пусть Серый и учится выживать в эти времена! Ему ж ещё жить! Первобытный охотник на охоту шёл – с собой сына брал, – чтобы учить, пусть даже и с риском для жизни. Мы сейчас, по сути, на ту же охоту собираемся. Или ты считаешь, что если нас заметут, одних, без него – у Серёги шансов добавится? Что кто-то другой, кроме папаши, его по всем жизненным колдобинам проведёт, не? Батя удивлённо уставился на ставшего вдруг красноречивым брата...
