К садику подошли рано утром. Ворота были распахнуты, как будто ждали нас. Запустение. Стёкла в садике в паре окон выбиты, на дорожках валялись мятые банки из-под пива и рваные обёртки от чипсов – явно по вечерам тут шастала местная гопота. Где ещё и чипсы с пивом берут, а?.. Оттягиваются тут. То ли в самом садике, то ли, что вернее, по летнему времени, в беседках и летних верандах на территории. Но залезть в склад они не додумались: на серьёзного вида деревянной двери, крашенной отвратного вида половой краской, перечёркивая её наискосок железной полосой с проушиной, висел здоровый замок.
Толик снял с плеча спортивную сумку, шмякнул её на землю – в ней железно брякнуло. – Ты на третьем, ты – на пятом! – непонятно как бы пошутил батя, явно фразой из какого-то фильма, которые из него лезут как иголки из ёжика, – и указал мне стеречь ту сторону, что была к садику. Сам стал помогать Толику, примеривающемуся к замку с гвоздодёром, параллельно пася ту сторону, что была ‘от садика’. Я беспрекословно подчинился, поскольку меня и так-то не хотели брать.
.. Типа ‘мало ли что’. Я канючил и возмущался – моя идея! Хорошо что Толик вступился. Потом и батя махнул рукой: ‘Залетать’ – так всем вместе! Лишняя пара глаз нам не помешает, а в нынешней жизни, которая называется ‘выживание’, чем скорее и полнее необходимые навыки обретёшь – тем лучше. А мародёрка – навык, к сожалению, необходимый...’ – и он махнул рукой на мои сборы с ними. Сам он сунул за пояс свой ствол; а Толик, как всегда, не расставался с переделанным наганом.
.. Словом, мы ‘пошли на дело’ как настоящая банда – Толик лишь посмеивался на наши приготовления. ‘Налёт армян на водокачку...’ Замок скрежетал и неподдавался, и Толик сказал, что ‘или пилить – а это геморрой, или пару раз вдарить кувалдометром...’ Он достал из сумки же небольшую кувалду, и, всунув в дужку замка монтажку, несколько раз ахнул по ней с оттяжкой, заставив недовольно морщиться батю на громкие в утренней тишине звуки ударов.
Впрочем, город стал привыкать не реагировать на звуки разбитого стекла, тяжкие удары в двери, пьяные крики, звуки драк, разборок, а иной раз – не то хлопкам фейерверков, не то выстрелам... Никто не высовывался из окон, никто не звал милицию – бесполезно. Лишь кое-где в наглухо зашторенных окнах в занавесках образовывались наблюдательные щелки... Но не в этот раз – садик был довольно далеко от жилых домов, и двери склада закрывала от взглядов высокая насыпь.
