Частенько в машинах оставался кто-нибудь ‘на присмотреть’, наподобии меня, – кто-нибудь, как я с неудовольствием подумал, наименее полезный в мародёрке. Вскоре около нас уже понаставили довольно много машин; вспомнив, что нам ведь отсюда и выезжать, я высунулся в окно и покрыл матом, – довольно неумело, правда... материться на взрослого я ещё не привык.., – какого-то хрена, норовящего своим сраным седаном закрыть нам выезд – как будто вокруг места мало! Хрен не обратил на мои ругательства никакого внимания, этот сукин сын мыслями уже был там, в магазине, типа уже тарился на халяву, вместе со своей толстой страшной скво.
Я разъярился. Сука, чуть не ушёл! – но я, не выходя из машины (как велел батя), совсем уже громко заорал на него: – Ты, ... ..., х... ты поставил тут свою колымагу?? Съ...л на... отсюда, г...!!! Честно говоря было как-то не по себе матом отвязываться на взрослого человека, очень не по себе! Но... Как говорит батя ‘Надо меняться!’ – и потому я заставил себя орать матом. Главное – начать, как говорится.
Как батя рассказывал – перевоплотился, во! Тут уж этот ишак обратил на меня внимание, и раскрыл пасть, судя по всему собираясь меня обматерить в ответ, – но я сообразил показать ему в окно обрез, – собственно, я в отсутствии бати с Толиком и борзел только потому, что чувствовал магическую силу, исходящую от заряженной железки, лежащей у меня на коленях... Артефакт, ёклмн! Плюс двадцать к борзости, плюс десять к красноречию!.. Ишак моментально проникся, юркнул в свою развалюху и умотал в сторону, искать другое место.
Я, гордый своей победой, тут обратил внимание, что припёрся владелец серо-стального китайского ‘внедорожника’, видимо со своим сыном – дылдой, прикатили аж две гружёных с верхом суперамаркетовские тележки, и стали споро грузиться в свой рыдван. Открыли багажник... – ага, так это у них не первая ходка, багажник и салон уже были наполовину забиты всякой всячиной. Тут появились и батя с Толиком – быстро они. Оно и понято – как бы в очередях-то не стоять.
.. Тащили две полные битком сумки, и ещё здоровенный, набитый дополна толстый пакет, почти в рост человека, но лёгкий. – Давай, Серый, помогай, уложи назад под ноги! Мы ща опять сбегаем. Я шустро стал помогать им укладываться. Ого, сколько консервов! Бутылки, – с чем это? О, сироп! Концентраты соков! А это?.. – Это, Серый, не доставай из пакета, просто утрамбуй его под ноги! Пусть мнётся. Чипсы это – дрянь, зато много и на халяву.
