Он зверски и быстро порвал на флакончике ‘Коко Мадмуазель’ от Диора целоффанизированную обёртку, картонную коробочку с гофрой, достал флакончик, сколупнул крышечку, и быстро, как будто всю жизнь этим занимался, пассатижами мультитула выдернул распылитель-дозатор. После чего опрокинул флакончик в одну из пластиковых бутылок: – Пускай сливается. И так далее. Понял? – Нафига это, пап? – изумился я. – Топливо. Очень дорогое качественное топливо, хотя и здорово вонючее. Это ведь спирт в основном, если не считать разбавитель и парфюмерную композицию, которая будет гореть тоже за милую душу.
Хорошее топливо – калорийное и жидкое. Давай-давай. Я покажу потом, для чего оно. Есть такая штука – горелка на спирту; делается, кстати, из пары жестяных банок из-под напитков за полчаса, – я тебя потом научу! Сливай всё в одну ёмкость, потом пригодится. Старайся не обливаться, а то провоняешь весь... А это что? О, Армани... Давай, приступай. Эх, мамы нет – она б оценила всю глубину композиции... – он откинул в сторону флакончик Шанель и поставил сливаться Армани.
– Это будет сногсшибательная парфюмерная композиция! Мечта и кошмар французского парфюмера. Ладно, мы неподалеку. Никого вроде бы нет, но если что – стреляй. Хоть в потолок – мы рядом. И я порядка часа сливал из флаконов и флакончиков дорогущие духи, парфюмерную и туалетную воды в пластиковые бутылки из-под пива... Получилось прилично – почти две полуторалитровых сиськи. Конечно, я и сам духами устряпался, – потому что в конце, наскучив аккуратным отрыванием пробок с пульверизаторами, я приспособился просто отламывать пассатижами мультика горловину флаконов, рассудив что раз это всё одно топливо, то и осколки стекла ничего страшного.
Конечно, тут же обрызгался. Воняло от меня... Смесь самых изысканных парфюмерных композиций вместе создала такой ‘шедевр’, что подошедшие батя с Толиком аж поначалу зажали носы. Ничего, это... Адаптируются! На прощанье притащили из разбитого вет-магазина десяток пакетов с кормом для Графа, – ой! – с ним же сегодня не гуляли! Мама-то на улицу не сунется, – в разбитом магазинчике ‘Экспедиции’ нашли пару флисовых пледов, ядовито-оранжевого цвета, подобрали складную маленькую печку в чехле (- ‘Вещь! – заверил батя, – Пусть ЕЩЁ одна будет! Бери, Толян – Элеоноре подаришь! Это покруче швейцарских часов теперь будет!’).
Взяли пару термосов из нержавейки, с широким горлом – из тех, что нашли нерастоптанными. Я, чисто по-приколу, надел колониальный пробковый шлем... просто посмеяться.
