От стеклянных дверей в магазинчики остались лишь куски стекла, висящие на петлях. Судя по всему, их выносили здоровыми бетонными основаниями под мусорки, которые валялись тут же. – Наверно, не успели. Ты думаешь, владельцы гипера были озабочены их информированием? А потом уже поздно было лезть – затоптали бы... Да и что тут вывозить – гламурные шмотки? Вон, свадебные платья? – батя с презрением наподдал ногой кучу мятого гипюрового и кружевного шмотья, белого и в цветочках, – начерта всё это, Толян? Пошли поищем что доброе.
– Погодь. О, вот эта пойдёт, – Толян примерил очередную ветровку и остался ей доволен. Выгреб из карманов своей старой всё и переложил в карманы обновки. – Серый, ты тоже не теряйся, – обнови, блин, гардероб! Социальная парадигма, блин, сменилась – как говорит твой батя! – он громко заржал; из соседнего стеклянного отсека – клетушки шарахнулась тёмная фигура, и побежала к выходу. Мы проводили её взглядом. – Ты знаешь, я предлагаю переночевать здесь... – сказал батя, – И дело не в патрулях – они не зарубаются, сам знаешь.
Но можно схлопотать ночью дуплет картечью от каких-либо отморозков... Чисто из-за машины. Это было бы обидно. – Самому не хочется никуда переться, устал – подтвердил Толик, – Но за тачку переживаю. Транспорт! Хотя сейчас, в нынешних условиях, мы и ещё поновее себе отожмём, я думаю... И повместительнее. – Не сразу, Толян, не сразу, – притормозил его батя, – Ждём развития парадигмы. Потом – хоть бэтээр. Пока что мы должны хотя бы делать вид, что уголовный кодекс чтим.
.. В первом приближении. Значит, решено? Серый, ты как? У меня уже слипались глаза и я только согласно помотал головой. Стащили в один из отсеков бутиков на втором этаже, как раз над стоящей на улице машиной, побольше шмотья из соседних секций, разложили на полу чтобы было мягко, накрыли оранжевыми флисовыми пледами. Батя заставил меня вымыть тщательно руки – минеральной водой, другой не было, чтоб от меня так не шмонило смесью парфюмов. Ужинать не стали, попробовали только притащенный Толиком бисквитный торт с кремом (песочный он сберёг для Элеоноры) и напились той же минералки.
Я заснул тут же как лёг. Спал как убитый. За всю ночь просыпался только раз – Толик, по пояс высунувшись из открытого окна, матом орал вниз, на улицу: – Ты чё там ищешь?? Ты чё там забыл, паскуда?? Пошёл накуй, а то шмальну, бля!! Перевернулся на другой бок и вновь уснул. Проснулся, когда уже светало, долго спросонья не мог понять – где я?..
